27. Кто врёт?

  - Если это не камень, то что? - удивился я, глядя на странный порошок на руке Гадая.
  Он не ответил мне, неопределенно пожимая плечами.
  - В лодке тоже такая пыль по днищу рассыпана. - подметил Джока, заглядывая мне через плечо.
  - О! А говорил в ней ничего нет! - слегка укорительным тоном проговорил сэнгун и задумавшись потер подбородок.
  - Значит по твоему эта не просто пыль, а что-то важное? - присев у ящика, Джока нахмурился и принялся пересыпать песок меж пальцев.
  И на это Гадай не ответил.
  Вот тут я задумался: "Темнит, что-то наш сэнгун... Но зачем? Неужели он так и не доверяет нам? Мне?"
  Действуя скорее по наитию, чем из разумных побуждений, я попробовал посмотреть на песок в ящике с помощью Преп-су. Песок, как песок, ничего особенного, никакого сияния киту, но... что-то все же не давало мне покоя. Я попробовал откалибровать узор, усиливая вязь в сплетениях, как для четкого видения очертаний предметов. Это требовало особых усилий и напрягало сознание, но я все же постарался. Стоило мне сосредоточиться на мелких песчинках, как меня немного повело... Первым делом в животе, а затем и во всем теле появилась странная тяжесть, что-то напоминавшая, но я все не мог вспомнить что же... Голова закружилась и я накренился, теряя равновесие.
   - Ты чего? - сидевший на корточках Джока, вставая, подхватил меня под локоть.
  Чтобы не упасть я открыл глаза.
   - Голова, что-то закружилась...
   - Это наверно от усталости. Ты присядь. - Джока подвел меня к камню и помог сесть.
   Сделав несколько шагов, я почувствовал, как тяжесть проходит с каждым шагом, но первые дались мне с трудом - каждый из них были такими, словно мне на ноги и на все тело одели грузы.
   - Что за ерунда? - удивился я своему недомоганию. - Послушай, Джока, а ты случайно не знаешь, может такое быть, чтобы кайховства вроде как нет, но вещь обладает... ммм... какой-то сверх силой?
   Зук задумался.
   - Не понимаю тебя... - он озадачено заглянул мне в глаза.
   Цокнув, я махнул рукой.
   - Я и сам не очень себя понимаю...
   Чтобы еще раз повнимательнее "рассмотреть" свои ощущения, я попробовал Преп-су снова. Но не успел я сплести узор, издали послышался тихий посвист.
   Вздрогнув, я мигом развернул узор пошире, чтобы найти свистуна.
   Сверху от башни к нам приближались двое: один шел и насвистывал, другой шатаясь плелся следом. Киту у обоих была "замарана" синеватыми разводами: у свистуна чуть меньше, чем у его ковыляющего приятеля.
   - Двое людей идут к берегу. Похоже пьяные... не то чтобы сильно бухие, но так... достаточно выпимши. - поспешил сообщить я своим спутникам. С закрытыми глазами я их не видел, но по звукам, издаваемым ими, понял, что каждый из них взялся за оружие. Ну, кроме Джоки - он, просто замер, стоя рядом и прислушиваясь к окружению.
   - Они вооружены? - спросил шепотом Гадай, тихо подходя ко мне ближе.
   - Есть короткие мечи на поясах, но я бы не сказал, что они воины... Мужики крепкие, но их киту... она... она такая... как бы сказать... ну не бойцовская, короче.
   - Они еще далеко? - уточнил он следом.
   - Будут тут минут через пять.
   - Продолжай следить. - приказал мне Гадай и добавил для рухая. - Шаргай, ках химе рыштава. Сураме, гы шан*.
   - А мне что делать? - поспешно спросил Джока.
   - Они скорее всего спустятся сюда там же, где и мы. Там есть удобные выступы. Видишь? - Джока угукнул, а я перевел "взгляд" на киту Гадая. Он рукой показывал вверх. - Следи за краем скалы и попробуй отвести этим чудикам глаза. Ты сможешь в темноте?
   - Конечно! - ухмыльнулся Джока. - В темноте даже легче.
   Сэнгун с воином передвинулись в сторону, скрываясь по бокам от проема спуска за камнями.
   - Ничего не делайте. Сидите тихо. Я сам с ними разберусь. - шепотом отдал последний приказ Гадай и присел.
   Шаргай тоже замер с самзиром наготове.
   Через пару минут хмельная парочка добрела до спуска и сверху посыпалась каменная крошка.
  - Бдэ... бдэхва... - более пьяный мужик рыгнул, силясь закончить начатую фразу. - Бдэхва тарэ... лыхын.**
   Свистун стоя над обрывом, заржал и расстегнул штаны, собираясь отлить.
   Зажурчало.
   - Куч зулур.. би... вэх.. дэ?***- выпуская воздух меж губ, подобно фырканью коня, он с сомнением высказался в ответ.
   - Скирим... ммм...ак... - икая в конце, протянул второй и хлопнул напарника по плечу, проходя мимо, заодно опираясь о него, чтобы не упасть.
   Свистун ойкнул и сильно покачнулся вперед к обрыву. Он обиженно заворчал и чтобы не свалиться, замахал руками, пытаясь выпрямиться.
    Пьяный напарник опять заржал. Сделал два шага и все-таки споткнувшись в темноте, завалился на бок и хохоча проехал вниз на заднице по камням.
    Застегивая штаны на ходу, свистун поспешил следом, чтобы поймать приятеля и даже успел ухватить того за шкирку, но пьяный друг уже набрал скорость и потянул свистуна за собой. Вместе они почти в обнимку, обивая все выступы и ойкая, свалились вниз на песок.
   Я еле сдержался, чтобы самому не засмеяться. Самым забавным мне показался звук тел, рухнувших на песок, похожий на то, как если бы кто-то небрежно бросил два мешка с... В общем, не важно с чем.
   Кряхтя и елозя конечностями по песку, приятели попытались встать, но тут из тени вышли Гадай с Шаргаем и два острия остановились у шей незадачливых выпивох.

   Мужики, должно быть, мигом протрезвели и замерли в оцепенении.
   - Кто вы такие? - негромко по-мурейски спросил Гадай, нагибаясь к поясу свистуна и забирая себе его оружие.
   - Га? - хрипло выдавил из себя мужик, шумно зглатывая.
   - Он... не-мно-го... глухо-ват. - ответил за него приятель, пытаясь внятно ворочать языком. - Мы табри. А вы... кто?
   Шаргай разоружил и этого более разговорчивого мужика.
   - Что вы тут делаете? - продолжил допрос Гадай.
   Приятели осторожно переглянулись.
   - Не убивайте нас! Мы простые тарби! - хмуро пробасил свистун и попробовал сесть, не обращая внимания на меч. Его киту в этот момент в средостении  немного потемнела.
    Мне это не понравилось и я положил руку на свое оружие, не зная чего ожидать от смелого свистуна.
   - Что вы грузили? Куда? Откуда? - останавливая мечом движение мужика, грубо рявкнул Гадай. - Говори!
   Пару секунд мужик молчал, шумно дыша, пытаясь справиться с гневом и обидой. Затем он сумбурно ответил, но я не разобрал всех его слов. Мало того, что шум волн заглушил часть слов, так еще и слова мужики были сбивчивы и невнятны, то ли из-за опьянения, то ли из-за страха. Все, что я услышал - это про мешки, крепость и скалы побережья.
    - В какую крепость? - взволнованно уточнил сэнгун.
    - Гар-дал. Так ее называют солдаты. - ответил второй. - Та, что на горе.
    - Далеко? - удивился Гадай и рефлекторно задрал голову, хоть и было понятно, что отсюда он ее не увидит.
    - Не очень. От мостовой башенки рукой подать.
    - Что там? Откуда там крепость? - не понимал Гадай.
    - Обычная крепость. - мужики пожали плечами.
    - Сколько там людей? Много?
    - Откуда ж нам знать - мы не считали! Наверно. - свистун раздраженно отряхнул песок с головы.
    На несколько минут воцарилось молчание. Я открыл глаза, чтобы рассмотреть пленников. Крепкие, одетые в простую одежду, бородатые мурейцы среднего возраста. Видно было, что жизнь потрепала их и для своих лет они выглядели довольно помятыми. На лицах и кистях шрамы, ранние морщины и седина в волосах. Должно быть им довелось повидать немало.
    - Откуда вы возите... груз? - запнувшись на последнем слове, Гадай указал на лодку.
    Теперь я еще больше уверился - он знает, что это за песок и обида снова кольнула меня. Он знает и специально не говорит. Стиснув зубы я ждал, чем закончиться этот допрос.  
    - Из пещер Такермета. - нехотя отозвался пьяный приятель свистуна после долгой паузы.
    - Сад****! - тут же вспыхнул свистун и швырнул горсть песка в лицо напарника. Рухай среагировал быстро и заслонил "языка", предотвращая драку между пьяными пленными.
   Гадай тоже собрался заехать по уху дерзкому мурейцу, но я резко крикнул: "Стой!"
   Мой окрик не остановил его удар, возможно лишь немного смягчив, но зато остановил ругательства и проклятия, которые лились из уст свистуна, пытающегося достать своего слишком болтливого напарника. Похоже глуховатый свистун, надеялся отвертеться, не открывая всех секретов, но его напарник был или наивнее, или трусливей.
   От моего неожиданного крика, оба пленника замерли, в страхе шаря глаза по темноте рядом со собой. Они не видели меня и потому испугались, не понимая откуда звук.

    Гадай сделал два шага ко мне и сквозь зубы прошипел:
    - Я же сказал, чтобы вы сидели тихо! Мне надоело, что ты постоянно делаешь, что тебе вздумается!
    - А мне надоело, что ты до сих пор не доверяешь мне!
    Мы говорили на полянском, и пленные померы разом ошарашенно зашептали: "Газархэ?!", судя по всему, решив, что мы оба из Полянии.
    Пока Шаргай сдерживал их от побега, угрожая оружием, мы с Гадаем, в очередной раз принялись выяснять отношения.
    - Если мы хотим выбраться из этой передряги, нам нужно действовать заодно, а ты снова делаешь, что вздумается! - продолжил шипеть на меня Гадай.
    - Вот именно! - парировал я. - Заодно! А ты темнишь, скрываешь. Как я могу терпеть это? Снова недоверие?
    - Доверять тебе?! Ты завел нас в ловушку! - он упер свой клинок мне в грудь.
    Шумно выдыхая, я развел руками, заодно показывая, что не стану доставать свой меч.
    - Снова ты за свое!  - говорил я, а сам понимал, что повторение, хоть и мать учения, но как видно, нам этот урок никак не идет на пользу. - Нет никакой ловушки! А если и есть, я здесь не причем! Похоже, как раз ты знаешь больше меня. В чем я по твоему виноват? В том, что не сдерживаю тебя от насилия? Так много ли храбрости надо, чтобы двинуть пьяному простаку?
    - Спрашиваешь, в чем ты виноват? А Гар-дал? Крепость в получасе ходу отсюда! Откуда она вдруг взялась? Ты говорил, что кроме башенки у моста, ничего нет! Так и на карте нет никаких крепостей! Ты в сговоре с ними! - он ткнул мечом в сторону пленных.
    - На какой карте?! - возмутился я. - У нас есть карта? И ты молчал?
    - Конечно молчал! Я знал, что ты не тот, за кого себя выдаешь, все это умный план, чтобы отдать меня в руки людей Лабы!
    - НЕТ!!! - громко вскрикнул я и тут же опомнившись, закрыл рот рукой. На несколько минут все затихли, прислушиваясь к тишине. Но из-за шума прибоя трудно было расслышать, что-либо еще. На миг закрыв глаза, я проверил как там люди в башне, не встрепенулись ли, услышав мой крик. В этот миг боль обожгла мне лицо - это Гадай заехал мне по челюсти. Удар послал меня на землю. Очутившись на песке, я схватился за ушибленное место и попытался проморгаться, утирая неожиданно выступившие слезы боли на глазах. Боясь, что взбешенный Гадай рубанет по мне своим самзиром, я подорвался, отступая и шаря по бедру в поисках своего оружия для защиты. Но сэнгун замер, поводя мечем перед собой, правда лишь на миг, а потом, рубанул по воздуху передо мной.
   Я отступил и он снова попытался достать меня. Однако движение его было каким-то странным.
    - Ах, ты ж сука! - выругался он. - Где ты?! Спрятался?! Я знал, что все так и будет!
    Я понял - зук отвел ему глаза и теперь сэнгун меня не видит. Судорожно соображая, как быть, я плавно потянулся к камню, на котором недавно сидел и за которым сейчас стоял Джока. Я хотел убраться с песка и оказаться между Гадаем и зуком, чтобы не дать озверевшему сэнгуну ранить товарища.
   Пока Гадай оглядывался, я улучил мгновение, когда он смотрел в другую сторону и потихоньку встал на камень. Теперь он не сразу сможет вычислить меня, ведь до этого мои шаги по песку были видны или слышны. А мне нужны хотя бы полминуты, чтоб собраться. Если вас никогда не бил по лицу опытный воин, вам не представить, каково это. Удивительно, что он не разбил мне нос или рот. Точнее, обильная слюна, ставшая солоноватой, подсказывала, что щека или десны изнутри повреждены, но зубы, по-моему были целы. Я оглянулся на зука, уточняя, на месте ли тот.
   Джока стоял рядом, протягивая мне веревку. Уж не знаю, предлагал ли он связать сэнгуна или выпороть, но я все равно не видел вариантов подобраться к вооружённому Гадаю с этими целями.
   Отвергнув предложение, я собрался и сплел узор щита вокруг нас.
   - Из-за твоих болезненных подозрений, - начал я спокойным голосом, зная, что теперь, Гадай не причинит мне или Джоке вреда, - все мы снова попали в сложное положение.
   Среагировав на голос, Гадай ударил в мою сторону, но встретившись с невидимой преградой, отшатнулся назад. От неожиданности бедный Джока, шарахнулся бежать, но я удержал его, успев схватить за руку.
    - Прекрати! Это бесполезно! - рявкнул я на Гадая. - Лучше давай поговорим!
    - Мне не о чем с тобой разговаривать! - огрызнулся он.
    - Нет есть! И ты выслушаешь меня! Я не знал, что рядом есть крепость! И даже более того, я уверен, что эти двое лгут! Я не видел других зданий за разломом, кроме сторожевой башенки с мостом. Между прочем, твои люди тоже ничего не заметили. И либо крепость далеко, либо пленные пытаются провернуть трюк: "мы не одни - нас много", чтобы вы побоялись их убивать.
    - Чушь! Это ты лжешь и скорее всего нас уже окружают!  
    Я зажмурился, понимая, что это тупик.
    Минуты шли, я молчал, не зная, как убедить Гадая.
    - Что происходит? - подал голос свистун.
    - Не твое собачье дело! - гаркнул сэнгун.
    - Если вы полянские кутаи, то мы не те, кто может вам помочь. Мы почти ничего не знаем. Нам просто велели доставить эти долбаные мешки в эту долбаную крепость. - снова затараторил его напарник, бегая испуганными глазами с рухая на сэнгуна.
   - А я говорил! Надо было бежать, пока не поздно! - ударив в обиде по песку, свистун обернулся к напарнику и пнул в его сторону ногой. - А ты заладил: "Бедный папа! Нам хорошо заплатят!"
   - Не болтай лишнего! Мне ни к чему знать о ваших спорах! - заткнул его Гадай.
   - Что вы перевозили? - спросил я у пленных по-мурейски, думая, что получив ответы, смогу разобраться почему Гадай так взбесился.
    - Заткнись! - бросил он мне. - И прекращай это представление! Думаешь, я поверю, что ты не знаешь, что они возят?
    - Мы не знаем! - все же ответил мужик разводя руками, не зная о запрете, который послал мне на полянском Гадай. - Нам не велено задавать лишних вопросов, - продолжил он сбивчиво. - Мы просто должны были доставить это к сторожке у моста. Мы даже не думали, что нас пригласят в крепость.
    - Да! - поддержал его напарник. - Мы не знали! Мы даже не бывали в ней раньше! Но сегодня туда прибыл какой-то важный хер и позвал всех работяг на пирушку. Нас накормили, напоили и даже дали денжат...  и отправили. Вот! - он вынул из-за пазухи кошель и сунул его в сторону Гадая. - Только отпустите нас!
    - Ты сад! Что ты делаешь?! Теперь они точно нас убьют! - свистун рванул к протянутой руке, в надежде схватить деньги раньше Шаргая, но рухай не дал ему дотянуться. Правда, и кошеля не тронул.

   - О, Великая Тэя! - взмолился свистун, хватая голову руками и затрясся. - Они убьют нас! За что?
    В два шага Гадай оказался рядом с ним и засадил пощечину. Не будь у него на руках перчаток со стальными нашивками, мужик отделался бы оплеухой, но удар вышел сильный и свистун, вскрикнув от боли, повалился навзничь.
    Склонившись над ним, сэнгун схватил его за грудки и стал трясти в бешенстве.
     - Как смеешь ты произносить имя Матери, скот?! Вы служите Лабе, предатели!
     Клацая зубами, мужик, словно тряпка, сотрясался у него в руках, не в силах что-либо ответить. Я дернулся, к ним, но зук сдержал меня.
     Приятель свистуна встал на колени и с мольбами залепетал:
     - Зачем ты так говоришь? Умоляю, не убивайте нас! Мы понятия не имеем, о чем ты! Прошу тебя, командир-дур, не бей его! Мы ни в чем не виноваты!
   Тряхнув свистуна последний раз, сэнгун впечатал его с силой в песок и встал.
     - Лаба - лживый демон, жаждущий прибрать к рукам всю Мурею! - стоя над пленниками, Гадай, направил на них меч. Его тон стал холоднее стали, так, что даже у меня по спине пробежали мурашки.  - Он убивает людей, стариков, женщин... детей...  Никого не щадит! А вы, помогаете его людям вместо того, чтобы присоединиться к восстанию! Думаете только о наживе, грязные трусы! После этого вы не имеете права даже произносить имя той, что даровала вам жизнь!
    Хлюпая носом, мужик  с разбитыми губами затравленно уставился на сэнгуна и попытался отползти от него подальше. 

    - Работать на раскопках нас заставили силой. - сдавленно бормотал он. - Квызун - главный там. Он точно та ещё сволочь, но не демон... - задыхаясь от волнения он с трудом произнёс последние слова. - Поверь, нам довелось повстречаться с настоящими...

   В его глазах был неподдельный страх и я понял откуда шрамы и седина.
    - И чем ты лучше? - неожиданно довольно смело вдруг заявил его приятель. - С каких это пор, кутаи газархэ стали так заботиться о нашей совести? Мы защищаем свои семьи! У нас жены, дети! Я всю жизнь проработал на рудниках. Не украл не кыгына##! Они пришли и забрали нас на новое место. Как я мог отказать, когда они так же как ты, наставляли на нас оружие?!
    - Я не кутай! И не полянин! - возразил Гадай. - И не сравнивай их со мной! Если вы еще не слышали про наракайцев, наших добрых далеких родственничков, приплывших сюда и захвативших уже пол страны, то я вам сочувствую! Однако в это трудно поверить! Весть об этом уже должна была достичь даже самых далеких захолустий. Я борюсь против Наракаи! Я один из тех, кто не подчинился Лабе и пытается защитить нашу страну, нашу веру!
    Мужики молчали, усваивая услышанное.
    - То что я знаю полянский, еще не значит, что я кутай. Я родился в Луге и знаю каждый камень в округе. Не на одной карте, даже военной я не видел никаких крепостей в этих местах от Луги до самой Сибы. Но возможно, нас завели куда-то не туда. Рассказывай все, что знаешь и может быть я пощажу вас!
    - Что мы можем рассказать? Мы уже все сказали! - продолжая рюмсать, отозвался свистун, превратившийся в шепилявого после удара Гадая, который должно быть сильно разбил ему губы.
    - Можно ли отсюда попасть в Сибай? Куда ведет дорога от моста? - подсказал ему сэнгун.
    Пока Гадай продолжал допрос, я решил сам узнать ответы, используя Преп-су. Закрыв глаза, я сосредоточился на узоре и сплел большую сеть, в надежде достать до крепости. По моим подсчетам, узор получился  довольно большим. Такого хватило даже чтобы добить до нашего скрытого лагеря, который был в полутора часах быстрой ходьбы отсюда. Я увидел многое. Но никакой крепости.
    - Дорога поднимается в гору и сворачивает на восток. Но куда она ведет дальше крепости, я не знаю. Про Сибу слышали, но я понятия не имею, где это. - скороговоркой отчитывался шепелявый свистун.
    - Если это бывшая сторожевая крепостица, которую перенесли после падения Такермета, то она должна быть где-то на севере от пещер, в которых мы забираем груз. Но там не пройти. - поспешил добавить уже окончательно протрезвевший напарник свистуна. - После обвала, до дороги не добраться с воды. Баюл хотел уйти в Сибу, но мы не смогли найти прохода. Нужно снаряжение, чтобы пролезть по скалам. Да и мы не можем бросить отца.
    Слушая их рассказ, Гадай немного расслабился.
    - Значит остается, только дорога. - сделал он неуверенный вывод.
    - Сколько до пещер на вашей лодке? - подал голос, молчавший до этого Шаргай.
    - Мы вернулись бы к утру... И должны вернуться или охранники заподозрят неладное. Там, - шепелявый указал на море, - стоит корабль, на котором нас доставили к новому месту работы. У них наш отец. Если мы не выполним задание, его накажут... или даже того хуже.
     - Так вы братья? - удивился Гадай. А я поспешил проверить сказки о корабле, ведь про крепость эта двоица гладко заливала.
     Но корабль оказался правдой. На границе моего узора в сеть попало солидное судно с командой на борту.
     - Отпустите нас! - снова взмолились мужики.
     - Нет, не могу! - сэнгун уверенно резанул рукой воздух. - Но и убивать вас не стану. Вы пойдете с нами. - он обернулся в нашу сторону, точнее в ту, где думал, что я и Джока находимся. Должно быть, он хотел взять у Джоки веревку. Но вспомнив, что не доверяет мне, встрепенулся, неуверенно заозиравшись по сторонам.

    - Я все еще тут. - успокоил я его. - И я не собираюсь вести сюда приспешников Лабы. А вот песням этих молодцов, на твоем месте, я бы не доверял. Я вижу корабль, о котором они говорят, но не крепость. На горе ничего нет!
    - А я не верю тебе. - медленно поводя головой, Гадай отступил к пленным, держа меч наготове.
     - Как хочешь. - устало ответил я. Мне уже хотелось сказать, чтобы сэнгун убирался восвояси, и даже забрав веревку у зука, снял щит и швырнул ее к ногам Гадая. Но вспомнил, что в лагере остался Коса, которого я не могу бросить одного.
     - Дай знак Вызану. - вдруг заговорил Джока. - Позови его сюда, Гадай, и вели проверить гору. Пока темно, он сможет тихо подняться тут и пройти мимо сторожки. Тогда мы сможем узнать, кто из них врет.
     - Я не стану рисковать людьми! - отрезал Гадай. Подцепив веревку ногой, он отодвинул ее Шаргаю и велел связать пленных. - Мы уходим, и если вы посмеете приблизиться к нам, я использую "Тыз карум" и твой друг, Коса, умрет.
     - Что?! - возмутился я. - Как ты можешь?! Я столько сделал для вас, а ты веришь приблудным чужакам? И Коса-то тут причем?
     - А при том! Я знал, что не могу доверять вам и подготовился. Только попробуй навредить мне или моим людям и он покойник.
     - Ты блефуешь! - я с трудом сдерживался, чтобы опять не начать кричать.
     - Скажи спасибо своему дружку, Айвану! - он зло скривился. - В его арсенале нашлось немало любопытных штучек. Коса отравлен и яд подействует, стоит мне кое-что сделать. Все, Ярек! Больше тебе не удастся водить меня за нос! Я ухожу и забираю с собой Косу. А вы с зуком держитесь от нас подальше!
   - Ты не чем не лучше Рубиона! - крикнул я ему вслед. - Он тоже угрожал мне смертью друга!
    Отступая в тень, он бросил на прощание:
    - На всякий случай - Джока тоже съел отраву.
    С этими словами они ушли, а мы остались ошарашенные стоять на берегу.
    Сердце у меня в груди бешено стучало, а ярость застилала глаза. Мои друзья снова в беде, и я не представляю, как могу им помочь.