12. Правильная букашка - осторожная букашка. (народная померская мудрость)

     Какое-то время Джока потратил на то, чтобы вдохновенно описать свои переживания и страдания охватившие его, когда он понял, что остался в Танурчаке один и возможности выбраться из крепости у него нет. Конечно, она была - умеющий отводить глаза парень, мог легко пройти через ворота, но после нашего отъезда, ворота больше так и не открыли. Поэтому, для начала ему необходимо было понаблюдать и выяснить, когда же решетку поднимают. Ему пришлось просидеть до утра, устроившись в одном из темных углов неподалеку от ворот. Но никто не собирался уезжать. Никто не прибывал. Ночь и монотонное занятие, вгоняли в сон, да к тому же, напряжение и концентрация воли, требуемые для отвода посторонних глаз, забирали много сил. Он сидел и понимал, что теряет время. Нас увезли на лошадях, и с каждым часом надежда догнать нас таяла, как масло на горячей сковороде. Не имея ни малейшего представления, как ему теперь нас догонять и где искать, он расстроился, но попытался не впадать в отчаяние.
    Досидев до рассвета, Шляпа решил попробовать поискать место для сна. И хоть здравый смысл подсказывал, что вряд ли такое место может найтись в крепости, забитой вражескими воинами, интуиция, которая, как известно, в критических ситуациях находит нетривиальные решения, здравый смысл обыграла. Немного побродя меж зданий, Шляпа заметил, что в один из домов ходят редко, а точнее, вообще не ходят. Забрался в него, пока никто ни видит, прямо через парадный вход.
    Оказалось, что заброшенное здание - это крепостной архив и библиотека. Заброшенное, но не совсем пустое. Двое померов, одетых не в военную форму, неспешно занимались инвентаризацией. Подслушав их разговор, Шляпа выяснил, что покинувшие Танурчак полянский войска, оставили много вкусного. Дряхлый старикашка и его помощник больше прочего были заинтересованы в разборе кайхоаских свитков, коих нашлось великое множество на нижнем ярусе здания. Другие этажи пустовали и зук решил поискать, укромный уголок, комнатушку, каморку или чулан, чтобы выспаться. Ему повезло - на третьем этаже, запыленном и заставленном длинными книжными стеллажами, два шкафа отстояли от стенки, образовывая узкую, но вполне подходящую нишу, чтобы Джока мог устроиться там, не опасаясь, что кто-то случайно на него наткнется. Выспавшись до полудня и подъев жалкие крохи, оставшиеся из наших запасов, стал обдумывать, что же делать дальше. Он побродил по пустой библиотеке и немного понаблюдал за двором из окон. Пока ходил, его привлек один из самых пыльных стеллажей, узкий и стоящий немного в стороне от прочих. На нем было всего три полки, а табличка, прибитая к торцу шкафа, гласила: "руины и иные свидетельства древних времен".
    Пролистав пару свитков и просмотрев несколько папок с рисунками, он наткнулся на любопытную подшивку разномастных листов, которые даже не были оформлены обложкой. И удивился, подметив, что почерк на верхнем из них был ему знаком.
   - Представляете, я наткнулся на записи того самого кайха, который отдал свои материалы с информацией о тигелях моему учителю! В подборке, которую я нашел, были бумаги не только его руки, но и других людей, в разное время занимающихся исследованием этих амулетов. - Джока достал из-за пазухи небольшую кипу бумаг.
   - Так ты упер их с собой? - улыбнулся я.
   - Не всё, а только то, что может быть полезным. Многое, что неизвестный собрал в ту подшивку, не имеет для нас смысла. Некоторые заметки древних авторов, либо невозможно прочесть, потому как язык, на котором они пишут, мне не доступен, либо в них много размытых домыслов, что тоже дает мало проку.
    - Надеюсь ты уже все прочитал и теперь расскажешь нам? - прошептал Коса. - А то я не любитель чтения. К тому же тут такие маленькие закарюки...  как это вообще можно прочесть?
   - Расскажу, не волнуйся. А достал я их для того, чтобы показать пару рисунков.
   Джока перебрал листы и выложил сверху один, совсем потемневший от времени. На нем был изображен амулет, ромбовидной формы, в тонкой оправе, а ниже мелким почерком - описания рисунка.
   - Это, - продолжил Шляпа, указав на рисунок. - Тигель. По мнению автора, самый могущественный их всех. Ниже, некий Перебол утверждает, что всего таких камней четыре - по одному на сторону света. Что также эти амулеты связаны с руинами древних теремов, прежних владык здешних земель. Ну, то есть полянских, вы поняли. У этой страницы, явно было продолжение, но среди кипы в подшивке я его не нашел. Тут Перебол ссылается на этот лист, где должна  быть карта  с изображением руин, но к сожалению, боюсь, мы так и не узнаем, о каких местах идет речь.
    - Может и узнаем... - задумчиво бросил я.
    - Сдается мне, Ярек прав, - подключился кондовый. - Есть у меня на примете парочка развалюх. Да многие про них слыхали. Их акурат чатыря! И точнехонько по сторонам света! Две я даже видел своими глазами.
   - Да что вы, правда?! - удивился Джока.
   - Ах да, тебя ж с нами тогда еще не было. - Коса потер нос. - Одна руина неподалеку от Селаи - городка, где мы с Яреком познакомились. А другая  - под Желтым монастырем. Но причем тут разваленные каменюки?
    Шляпа погрыз ноготь и пожал плечами.
   - Не знаю, есть ли для нас в этом что-либо полезное. Возможно ничего. Кроме того, что камни резонируют с этими местами, Перебол, если и пишет подробнее о своих размышлениях на этот счет, то не на этой странице. Поэтому, давайте пока оставим этот лист в покое, а посмотрите-ка вот сюда.
   Он выложил перед нами новый пожелтевший и мятый листок, тоже с рисунком. В отличие от предыдущего, на котором тигель был изображен чернилами, на этом, красовались три амулета раскрашенные цветом. Один из них я сразу узнал - это был тот камень, который попал ко мне в руки.
   - А кстати! - вдруг спохватился я. - Где мой амулет?
   - Вот он. - Джока достал его из кармана и передал мне. - Я прибрал его, когда мы нашли тебя в лесу. Боялся, что потеряется.
   - Спасибо! - поблагодарил я, успокаиваясь и одновременно смущаясь от того, что назвал амулет своим. Все-таки, как ни крути, а выходит, я его украл и владею им не по праву.
   - Смотри, Ярек, этот тигель, которым ты теперь владеешь. - словно прочитав мои мысли, продолжил зук. - Это - Дизай.
   - В каком смысле? - не понял я.
   - Вот! Это и есть та особая новость, которая может нам помочь, выяснить кто такой Дэйра. Да и вообще, кто угодно. Можно узнать все про кого угодно! - запальчиво затараторил парень, облизывая губы.
   Кондовый скривился и еще больше сощурил и без того прищуренный из-за шрама  правый глаз. Осадил парня:
   - Подожи-подожи! Не спеши. Говори толком!
   - Видите? - тыча пальцем в тексты под изображениями, Шляпа остановился на среднем из них. - Это тигель Ярека. Тут написано, что у всех тигелей есть имена. Потому, как это не просто вещи, а могучие духи, запечатанные в камнях. Этот - Дизай. Эти - Долумия и Дивиор.
   - Ох, ты! - выдохнул Коса. - Прямо княжьи имена-то! Все на "дэ" начинаются.
  Шляпа продолжил с блестящими от возбуждения глазами:
  "Дизай, - пишет Микаяр, -"Підступний владика тіні, незримий, і вічно прихований, здатний непомітно проникнути в душу людини, вивідати всі його таємниці, та так, що людина і знати не буде. Долумія - спокусниця, і ніхто не може противиться її чарам. Раз побачивши її, людина зовсім втрачає спокій і розум, думаючи лише про одне - як догодити спокусниці. Але сама вона бездушна і холодна, для її ніщо почуття підкореного, яким крутить вона, як забажає. Дивиор, - тот, что на первой картинке был, пояснил Джока. - "... він великий майстер ілюзій! Здатний наслати на людину образи, котрі ніколи від справжніх відмінності не можна, заморочити голову будь-якому, хитрий ...." - парень печально вздохнул. - Дальше нету. Тут многоточие, или просто мухами засижено.
   - Экие опасные эти штуки, ваши тигели... - пробурчал Коса, а я подметил, что взгляд у него сделался испуганный. Мне и самому было как-то не по себе, но любопытство распирало.
   - Не пойму я, тут говориться о камнях, будто они живые. Особенно Долумия эта. - сказал я, отыскивая в тексте Микаяра описание тигеля с женским именем и найдя, еще раз прочел. -
"Раз побачивши її, людина зовсім втрачає спокій і розум... " и так далее. Человек теряет покой. Это я понял. Но когда увидит что? Камень, амулет?
   Джока порылся в листах и положил рядом еще один, исписанный почерком Микояра.
   - Так-так, ... найденные еще при Димовенде...  это не то... так, владел им около десяти лет... опять не то... А вот! "Відкривши камінь, знаючи ім'я його, я закликав духу у плоті. Як господар каменю, я був спокійний і впевнений, що чари спокусниці не подіють на мене. Однак, норовиста Долмия ні в яку не хотіла служити мені. Всіляко я намагався її примусити до співпраці, проте ні ввічливими умовляннями, ні погрозами не зміг отримати влади над нею. Пізніше, я дізнався від Бувакара з Магета, що його вчитель загинув за загадкових обставин, намагаючись підпорядкувати собі інший тигель. Нібито дух викликав господаря на бій, і вбив нещасного Таргамила. Було це для мене сумною новиною, особливо в тому сенсі, що мій давній приятель і, можна сказати, побратим по артілі приховав від мене, що знайшов один з тигельей. Мені навіть не вдалося з'ясувати, яким же каменем він володів і який дух намагався закликати, тому як Бувакар - дурний подматерьешка! дбайливо позбувся небезпечної речі, відразу після смерті вчителя, продавши його мандрівному торговцю."
    Джока замолчал, выискивая в тексте еще какие-то важные подробности, а я облегченно выдохнул, обрадовавшись остановке, потому как начал несколько ошалевать от неожиданного наплыва информации, тем более, что старый язык было трудно разбирать.
   - Тут он еще пишет... - вдруг опять начал Шляпа, так и не дав нам передохнуть, но кандовый снова осадил его.
   -  Обожжи зук! Это все конечно интересно, но сдается мне, от этих камушков больше бед, чем проку. Я понял не все, но вроде б духа как-то вызвали и он порешил владельца. Не пойму я, чего ты радовался так?
   - Согласен, - кивнул я. - Пока что все выглядит так: тигели эти, хоть и могущественны, но и очень опасны. Коварный, хитрый, безжалостная - не слишком располагающие описания. Духа можно призвать - это я понял, но Коса прав, призванного нужно еще и как-то подчинить. В найденных тобою текстах, есть что-нибудь о том, как это сделать?
   - Про подчинение нет.- разочарованно вздохнул Джока. - Только про вызов. Я тоже согласен, что нельзя вот так вот сразу призывать духа. Они и правда описаны тут не очень привлекательно. Но, я как раз хотел прочесть, какой на этот счет делает вывод автор. Он подводит к тому, что тигели - древнее оружие, могучие демоны, запечатанные кем-то не менее могущественным в стародавние времена, когда на полянских степях еще не ступали ноги прибывших сюда гедов. Поэтому, я пока скрою от тебя Ярек формулу призыва тигеля во плоти. Да-да,  Микояр делится на одной из страниц знанием от том, как это сделать. Я пока запрятал эту страницу у себя в сумке и считаю, что нам нужно хорошенько все обдумать. Взвесить наши силы, а точнее тебе, Ярек. Хоть управлять духом не просто, - добавил Шляпа после минутного молчания. - Однако, возможно, нам все же придется воспользоваться тигелем, чтобы выяснить правду о том, существует ли Дэйра на самом деле и что задумал Трома.
    - Говоришь ты складно... - буркнул Коса. - Но для начала надо хотя бы подобраться к этому Троме. А он, как я понял, хер не простой - местный властитель и все такое.
   - И тем не менее, я благодарен тебе Джока, что ты поделился со мной этими знаниями. Не уверен пока, что захочу заморачиваться с призывом столь опасной твари, но знать о том, чем же я теперь владею, весьма полезно! Может со временем найдется кто другой, кто сумеет вернее амулетом распорядится.
   - Правильно. А пока, ты можешь просто использовать его силу, открывая камень в нужные моменты. - согласился Джока.
   - А это не навредит ему? - обеспокоенным тоном, тут же добавил дотошный  и как всегда опасливый Коса.
   - Ни в одном из свидетельств я не нашел ничего о том, чтобы поток причинил владельцу неприятности. Напротив, все как один, единодушно высказываются, что в качестве источника силы - тигели лучшее, что может только быть в распоряжении кайха.
   - Ну не знаю, не знаю... - кондовый не перестал хмурится. - Это все писульки. К тому же старючие. Лично я не был знаком ни с один из этих херов - любителей бумагу марать. Так что будь поосторожнее, Ярек, без нужды камень не трогай. И уж тем более праздно не забавляйся!
   - Не буду. - успокоил я его, улыбаясь и добавил. - Однако, странно, что такие бумажки поляне бросили, не забрав с собой.
   - Ну прям с языка сорвал! - Коса хватанул меня своей ручищей по спине, что у меня, аж зубы клацнули. - Ой, звиняй! Я забыл. Просто у  меня такая же закавыка в мыслях! Может потому и не взяли, что все эти бумаженции - мура бесполезная.
   - Я бы не сказал. - возразил Джока. - Эти записи перекликаются с домыслами кайха, что с моим учителем был знаком. Да и много в той библиотеке было полезного. Например, книга "Заклинания мурейских кайхов и противодействующее кайховство". Книга старая и явно не раз использовавшаяся!
    - И ее ты тоже прихватил? По глазам вижу, что да. - улыбаясь, подметил я. - Эх, Джока, Джока... горе от ума, слыхал?
    - Прихватил! Я между прочем, уже думал, что никогда вас не увижу! А знания магии, могут мне пригодится. Для... самозащиты. Вот. - немного насупившись, начал оправдываться зук.
    - Ты же не кайх?! Как же она тебе пригодится? - удивился Коса.
    - Пока не знаю. Но там есть несколько интересных методов... может быть я смогу их под себя переделать.
    - Ох, не заморачивался бы ты! Всё это кайховство - штука опасная! - забурчал Коса.
    Они еще долго сидели пререкаясь, а я задумался, глядя на амулет. Если правда, что в камне скрыт дух, то не могло ли то ведение, что посетило меня, когда я в фургоне впервые открыл камень, быть не моими воспоминаниями, а памятью тигеля? Я снова стал прокручивать в голове все, что мог вспомнить из странного сна, но со временем, воспоминания стерлись и остались только расплывчатые образы.
     После нашей беседы, приходил Шугра, менял мне повязки. Парни ушли и мы остались с ним вдвоем.
    Он опять неспеша возился с бинтами и мазями, монотонно напевая себе под нос какие-то наговоры. Правда, в этот раз в них не было ни рифмы, ни повторяющихся слов. Однако, я удивился, что слушая его бормотание, вдруг отчетливо вспомнил его бормоталку про миканэ. Всю. Каждое слово. Это несколько обеспокоило меня. С чего мне так запомнились те слова? Не хочет ли мрачный хунар-тан мне мозги запудрить? После болтовни о тигелях мне везде мерещилась притаившаяся опасность.
   Когда Шугра ушел, я поднялся и отправился искать Гадая.
   Нашел его упражняющегося в зале за водопадом. Он был не один - хрупкая Мара изящно танцевала с ним в непривычном фехтовальном танце.
    - Каме ва! - подсказывал ей сэнгун, замедляя движения выпада, чтобы она могла точнее прицелится и выставить блок.
    С первого взгляда стало понятно, что сабля - это непривычная вещь для Мары, но и не чуждая. Со свойственной ей грацией, она управлялась с клинком весьма не дурно. Хоть конечно, в настоящем бою это вряд ли могло ей помочь. Ее опыт был еще совсем мал.
    Понаблюдав еще немного я понял, что цель этого урока не в обучении девушки. Похоже, у Гадая после заключения все еще побаливали суставы. Его движения были скованные, вот поэтому Мара и помогала ему разогнать кровь, встав с ним в спарринг.
    Дождавшись, когда они "натанцуются" я попросил его уделить мне пару минут.
    - У меня есть маленький вопросик. Так, ничего особенного. Просто интересно, что такое "миканэ".
   Отерев лицо от пота, Гадай перебросил полотенце через плечо и хмыкнул. Мара тоже, услышав вопрос, удивленно подняла брови и едва заметно улыбнулась.
   - Это что-то смешное? - смутился я. - Или может неприличное? Мне не так давно посчастливилось познакомится с неким Птерахи, который несколько раз назвал меня канэ. Переводчик, бывший при нас, перевел это как блоха... Нет, как вша. Ваше "миканэ" - это тоже как-то связано с блохами? То есть вшами.
    Девушка прыснула. Гадай тоже рассмеялся, но вполне добродушно.
    - Не знаю, почему ты спрашиваешь, - ответил он. - Но ты почти угадал. С блохами и вшами действительно связано, но если без контекста, то не несет в себе обидной окраски. Миканэ - значит букашка. Кто-то назвал тебя этим словом?
   Я еще больше смутился.
   - А что значит "тамиргы миканэ"?
   Теперь Гадай приподнял брови.
   - Маленькая букашка. Или, даже правильнее сказать, крошечная. Почему ты спрашиваешь?
   - А что значит "бек, бек ус виман шола"?
   Мара, стоящая рядом, уже во всю улыбалась, без смущения уставившись на меня.
   - Ну, примерно "пры-прыг, по зеленому полю."
   - Странно... - чувствуя, как краснеют мои щеки, я хотел отвернуться и уйти, но это было бы неприлично. - Я думал, это заклинание. А больше похоже на какую-то считалочку или детскую песенку.
    - Так, где ты ее услышал? Почему запомнил? - допытывался Гадай.
    - Шугра бормотал ее под нос, когда зашивал мне раны. Много раз повторял. Вот она и врезалась мне в память. Но раз считалочка... наверное неважно.
    - Дээр харах урашгаа? - спросила у меня Мара, а Гадай перевел: "Как было дальше?"
    - Что дальше? В бурчалке? То есть в считалке?
    Они закивали.
    - Ну, я не знаю, правильно ли произношу...
    - Не стесняйся. У тебя неплохо получается. - приободрил сэнгун.
    - Целиком вроде так: "Тамиргы миканэ, юмелгэ миканэ бек-бек ус виман шола. Кувимэй миканэ, тавилэй миканэ бра зуми га килэк ющ бора."
    Немного помолчав, видимо переваривая мой не очень хороший мурейский, Гадай опять хмыкнул, но уже скорее с оттенком удивления и легкого недоверия.
    - Надеюсь я не сказал ничего неприличного? Или может я неверно запомнил?
    - Перестань. У тебе вполне сносное произношение. И похоже, запомнил ты тоже все верно. Говоришь, это Шугра тебе сказал? Любопытно. - он опять задумался, уставившись куда-то на стену воды.
     Я уже хотел уходить, потому как решил, что полного перевода мне не дадут. Может нельзя, может это все-таки не считалочка. Но Гадай, последний раз задумчиво хмыкнув, проговорил:
     - Возможно это ничего не значит, но... Шугра все-таки хунар-тан. Порою они видят нечто, что скрыто от глаз простого человека. "Крошечная букашка, задорная букашка  скачет по траве. Беззаботная букашка, храбрая букашка еще не знает, что надвигается сильный ветер." Вот, что говорил хунар-тан.
    Я пожал плечами. Не знаю, чего уж такого смог увидеть Шугра. Действительно, простая детская напевка. Хотя... Немного подумав, я понял, что Гадай воспринял эти слова, аки пророчество. Но как по мне, так не надо быть ведуном, чтоб видеть, насколько в Мурэе не самая "ясная погода". Повстанческое движение и противодействие со стороны Тромы и наракайцев вполне могут привести к крупномасштабным переменам, если не к ожесточенной гражданской войне. Тут не только букашки, но и сами зеленые поля от сильного ветра пострадать могут. По сути, ведь, война уже идет. Уже гибнут букашки... Порою, пусть и храбрые, но толку-то от этого. Вон - целые деревни гибнут!!!
     Хоть тяжкие мысли и одолели меня, говорить о своих размышлениях мурейцам я не стал. На самом деле, мне не очень-то хотелось во все это ввязываться. Хотя... хочу я или не хочу, а ведь уже ввязался. Из-за желания добраться до Дэйры, поперся в эту Мурэю. А теперь осторожничаю... Не поздновато-ли? Ага, пока что осторожничаю, пока не мчусь сломя голову, но я ведь уже выбрал сторону повстанцев, что может и честным казалось вначале, теперь от цели только отдалило. Теперь у меня нет не малейшей зацепки, как добраться до Дэйры. Все слишком запуталось.
    Прежде, чем Гадай и Мара ушли внутрь, я спросил, как будет по мурейски "осторожная букашка".
    - Йёг дуу цээнтэй миканэ. - был мне ответ. Они ушли, а я остался.
    Подошел к обрыву, за которым шумел, разбрызгивая водяной пар, водопад. Присел на край, чтобы подумать и попробовать распутать свои запутанные мысли.
    "Дэйра, тигель, Фока, Корнус... ялик. Столько всего... Но при этом, оттолкнуться не от чего. Везде вопросы. Везде нет уверенности. Почему все так? Я же чувствую, что мной что-то вертит, что-то подводит, заманивает... Ну, не происходят такие вещи с простыми людьми!  - конечно, мне льстили собственные догадки, что я какой-то не простой. Но Ур Башур! Какой я? Кто я такой?! -  Дэйра! Великие Боги, прошу вас, пусть он окажется тем, кто знает меня! Пусть он дождется меня, не погибнет! Ода, Тея молю вас! Пусть я найду его! Без него я так и буду блуждать неприкаянно! Прошу! Прошу..."
   Я сидел и молился. Потому, что больше ничего не мог. Как бы я не силился, выдумать хоть какой-то вменяемый способ попасть в Иглу и при этом не достаться Троме, я не мог. Более того, мне пришлось всеми силами отгонять от себя липкое чувство безысходности, окрашивающее все мои мысли в предательски трусливый цвет. Мысли - что все это напрасно, невозможно и мне не встретиться с Дэйрой - прилипали к сознанию, как репей к хвосту беспризорной собаки.  Но я отгонял их, отказывался верить, так же как в страшный сон про зверя.
    Через два дня мы покинули грот, чтобы попытаться добраться до Луги.