Пока мы усаживались, Шляпа, улыбаясь, помахал нам и вернулся к беседе с продавцом. Я был уверен, что последний желает продать Шляпе все свои хинкали, не меньше. Оказалось - все наоборот. Это парень уговаривал хозяина то ли что-то купить, то ли продать, во всяком случае, речь меж ними шла о деньгах, долях и лихве.
Когда они наконец-то пришли к соглашению, Коса, только было, открыл рот, чтобы заговорить со Шляпой, тот перескочил через столешницу раздаточной и начал зазывать прохожих.
- Эй, народ, подходи! Представление Джоки смотри! Развеселые, грустные сказки. Мастер Джока раскрасит их в краски.
Мы переглянулись - челюсть Косы тоже была ниже положенного. А Шляпа тем временем, начал выставлять на стол фигурки:
- Это - храбрый охотник Сургай-та. Лук и стрелы при нем, и Авгайка. - парень пододвинул вперед охотника размером с ладонь, а рядом с ним поставил фигурку собачки.
- Это - Т'рена - жена Сургай -та. Это - злыдень лесной - Кохлумайка. Будь ты млад или стар не стесняйся, поудобнее располагайся. Не бубни, не мешай, лишь смотри! Слушай сказку про злого Кохлума, побежденного силой любви.
Некоторые прохожие охотно подсаживались на еще свободные каменные лавочки, а Шляпа начал рассказывать свою историю, передвигая фигуры на столе.
- В темной чаще, где тихо и сыро, за пятью переходами дОлгими, притаились Сурга и Авгайка под кустами малинника кОлкими. - на столе появилась еще и фигурка куста.
Шляпа доставал их из сумки, перекинутой через плечо. Сами фигурки были искусно вырезаны из темного дерева. Каждый листик, каждая ягодка на кусте были точно живые, а охотник, даже лежа на боку, не выглядел нелепо. Прячась под кустом, он не переставал натягивать свой лук, целясь в только ему ведомую добычу.
С первых же слов истории мне стало понятно, что парень очень искусен в своем ремесле. Он умело завлекал зрителей, завладевая всем их вниманием. Многие хихикали, показывая пальцами на смешную Авгайку - лохматую, со свисающими ушами. Другие, открыв рты, слушали про страшного Кохлума, поймавшего в ловушку бравого Сургай-та. Фигурка лесного чудища была и правда страшной - кряжестый черный пень со множеством корневищ-руко-ног. Казалось, он шевелит ими и вот-вот утянет охотника и собачку в болото.
- Не смотреть, не дышать он не в силах, уж прощается в мыслях с любимой. Все сильнее и глубже болОтина тянет за ноги горе-охотника. Но рука вдруг коснулась чего-то... "Не могу я погибнуть в болоте! Дорогая жена меня ждет!" А Терена по тропке идет.
Я уже отчетливо видел, как несчастный охотник, подняв руку, пытается дотянуться до ветки. Вся его одежда перепачкана грязью, а с головы свисает зеленая болотная тина. Услышав лай Авгайки, жена охотника спешит ему на помощь, бросив мужу свою длинную золотую косу.
Очнулся я, когда люди вокруг начали визжать и с криками разбегаться в разные стороны. Я не сразу понял, в чем дело. Сидеть на месте остались только мы с Косой. Непонимающе крутил головой и Шляпа:
- Куда же вы?! Это только половина сказки!
Фигурки попадали с деревянным стуком на стол, хотя еще мгновение назад двигались сами по себе. Только сейчас до меня дошло, что я видел, видел, Ур меня побери! как история ожила. Лес и болото, собачка и страшный Кохлум - все двигалось, оживало, раскрашивалось в свои цвета, как и обещал мастер-сказочник. Я даже запахи малинника чувствовал и слышал вскрики испуганных птиц!
- Стража! Стража! Кайх! На рынок пробрался кайх! - кто-то уже звал стражу, а вокруг стола образовался пустырь. Продавец хинкали, убегая, чуть не убился об свою жаровню, все торговцы в соседних палатках попрятались, народ, только что слушавший сказку, забивался между бочек и ящиков, пытаясь убраться подальше от страшного сказочника.
- Если не хочешь на кол, беги! - серьезно сказал Шляпе Коса. - Ну же! Чего замер как истукан?! Не понял? У тебя проблемы, парень! Не знал, что кайховства тут под запретом?
Тут же послышались выкрики охраны и топот тяжелых сапог.
- Гдэ нарушитэль? Пастараныс!
Шляпа, стряхнув оцепенение, рванул между рядами и прохожими, вжимающимися при виде него в прилавки.
- Он забыл свои фигурки... - я взял одну со стола. Обычное дерево, ни одна деталь не шевелится. Услышав мое замечание, Коса похватал остальные и засунул в карман, пока никто не видит.
- Боюсь, они могут ему больше не пригодиться... Ежели его поймают, скорей всего казнят. Пойдем! Быстрее! - он широкими шагами направился в ту же сторону, куда убежал сказочник.
Очень скоро мы опять затерялись среди бесконечных лавок. Известие о том, что на рынке кайх, многих пугало, но не все тут же бросались наутек. Многие недоверчиво отмахивались от передающих слухи соседей. Не смущали народ и бегающие повсюду стражники. То есть, переполоха, конечно, добавилось, но без особых причин торговцы не торопились покидать свои лавки. Поначалу мне казалось, что Коса просто ищет выход, но, видя, как он прислушивается к крикам стражи, понял - он идет в том же направлении, что и они.
- Зачем мы их преследуем? - все же я не понимал, чего он хочет этим добиться.
- А мне интересно! - неожиданно заявил Коса, и я по глазам увидел - ему весело.
А мне не весело! Я переживал. Не хотелось мне связываться со стражей. Однажды я уже сидел в кутне. Тогда нам помог Харита. Тут нам никто не поможет!
- Не боишься? - спросил я, оглядываясь по сторонам, но стараясь не отставать от кондового, который даром, что хромой - шагал, как скороход, без стеснения расталкивая прохожих.
- Чего мне боятся?! - отозвался он, притормозив на очередном повороте и прислушиваясь к шуму толпы. - Шляпа неплохой парень... И дар у него редкий. - Коса почесал в затылке, растерянно оглядываясь с пониманием, что мы кажется потеряли след. - И хоть я никогда не слыхал, чтобы кто-то умел так ... эээ... мозги пудрить, думаю, в озёрном краю его сказочки имели бы о-го-го какой успех! - он многозначительно поднял палец к небу и резко развернулся к "моченым" рядам. Оттуда заманчиво пахло квашеными капустой, яблоками и прочими вкусняшками. - Просто он, похоже как и ты, не в курсе, что бабольские земли - ет не то место, где можно ТАК рассказывать сказки. Погибне почем зря... Ага. - Коса опять замер у одного из прилавков и подцепил на палец душистую капусту, предложенную продавцом. Толстяк, явно очень гордившийся своей чудо-капустой, чуть не умер от счастья, когда кондовый одобрительно кивнул. Что именно одобрял Коса этим кивком - капусту или талант Шляпы, стало ясно, после того как он, бросив бодрое: "А я бы сказку дослушал... - опять припустил дальше по рядам.
Я по прежнему пробирался следом, доверяясь его чутью и не рискуя самому пробивать себе путь среди толчеи. По пути начиная догадываться, что дело, конечно, не только в сказке. Коса, хоть и отшучивается, но за парня переживает по-настоящему. Понравился ему этот Шляпа. Только, что мы сможем сделать для него? Кайхов тут не просто не любят - по сути, они вне закона. Если его схватят, у нас нет способа защитить бедолагу - мы сами не местные. Да и вообще, со стражей кулаками не договориться. Разве что взятку дать можно, но примут ли ее?
Следуя за стражей, которая мелькала где-то впереди, мы запыхавшись, наконец-то выбрались из базарных рядов. "Ура!" - обрадовался я, но быстро понял: "Не ура..." - почти сразу нас поймала в себя круговерть кривых улиц.
Мы видели и слышали топот стражи впереди себя. Они опережали нас на пару домов, не больше и, если бы улицы были прямыми и не так набиты народом, то догнали бы их быстрее. Но каждый раз, выворачивая из-за какой-нибудь хибары, мы натыкались на новые препятствия и как следствие - опять отставали. Пару раз мы чуть не сбили женщин, несущих кувшины с водой. А одинажды, я все же перечепился через корзины с виноградом, которые старик выставил за калитку для продажи, пока сам сидел в тени желтокаменного заборчика. Извиняться было некогда, поэтому, выкрикнув скупое "прости старик", я припустил еще быстрее, пока тот не решил в сердцах кинуть в меня своей клюкой.
Через пару поворотов я таки врезался в спину напарника, не зная, что он внезапно остановился за углом. Мы вдвоем чуть не покатились кубарем по каменной лестнице, которая спускалась к одной из немногих широких улиц в этом городе. По ней бесконечным потоком текли разномастные повозки.
В самом низу лестницы, припустив на последних ступенях, Шляпа удирал от трех стражей. Казалось, он вот-вот вылетит на мостовую, врезавшись в огромные колеса арбы. Но в последний миг он подпрыгнул, в два шага взобрался по спицам колеса, дальше по мешкам, едва не наступая на погонщика, и спрыгнул с другой стороны. Стражники, конечно же, так рисковать не стали. Обегая арбу сзади, они начали требовать: "Стой! Прапуститэ! Дэржи бэглеца!"
Я, было, кинулся следом, но Коса поймал меня за рукав.
- Хитрый, шельма. - он показал мне под арбу, которая, лишь немного снизила скорость. Остановиться полностью она ну ни как не могла! Влившись в тележный поток, ты обязан сохранять определенную скорость, либо внезапная остановка вызовет затор и переполох. В лучшем случае. А то и убьется кто-нибудь. Поэтому арба, с выглядывающими из-под свисающих мешков парой крадущихся ног, не остановилась, продолжила стучать своими колесами по каменной мостовой.
Удивительно, но похоже, кроме нас больше никто не видел, что Шляпа залез под высокую повозку и шел под ней на корточках. Стражи, потеряв его из виду, перебежали аж на другую сторону улицы и теперь крутились там волчками, пытаясь понять, куда же делся парень.
Арба уже скрылась за домами, а мы все стояли на месте.
- Чего мы ждем? - удивился я. - Если поспешим, то нагоним его.
Кондовый, улыбаясь в усы и поправляя их, сказал, что теперь, можно спокойно возвращаться в духан.
- Почему? - удивился я еще больше.
- Хватит, набегалси я ужо... - потирая свои колени, Коса с кряхтением уселся на верхнюю ступень. - Вайнуш говорил, шо вещи свои Шляпа не брал. Ага. При нем и правда ничого не было, значит он за ними вернется.
- Знать бы только, где наша таверна! Боюсь, он тоже будет блуждать по этому "лесу" до ночи... - закрутился я вокруг себя.
С лестницы, на которой мы стояли, была видна приличная часть нижнего города, но толку от этого не было. Я совсем не представлял, в какой стороне наш постоялый двор.
Коса показал мне на крышу башенки, выглядывающую неподалеку из-за домиков слева.
- Я выбрал "Два персика" отнюдь не из-за названия. - смеясь, он похлопал меня по спине. - Наша таверна рядом с северными воротами. А это, - он ткнул в башню пальцем, - привратная башня. Если он не дурак, то тоже запомнил примету.
Идти было недалеко, и мы решили забежать в закусочную на одном из перекрестков, перекусить, а то с самого утра так и не поели толком. Коса последовал правилу "когда я ем, то глух и нем" и жевал, не отвлекаясь на беседы, и по нему было заметно, что он сосредоточенно о чем-то думает. Своими соображениями он решил поделиться со мной, когда мы остались одни. Понимаю, это звучит не правдоподобно - остались одни, это в Курте-то! Как это если кругом толпы народу? Но это правда. Просто за полдень, когда солнце успело прогреть воздух до состояния парного молока, народ попрятался в свои дома и под тенистые навесы во дворах. Никто не хотел загорать на солнцепеке. Кроме нас, дурачков, не надевших даже шляп, и вынужденных теперь терпеть палящее солнце по пути к духану. За пару домов до него, Коса замедлил шаг и задумчиво спросил:
- Слушай, Ярек, у тебя ведь есть деньги?
Я решил, он, как и я недавно, думает дать на лапу страже, чтобы спасти Шляпу.
- Но ведь его не поймали! Но, если понадобиться, то мне не жалко. Дам сколько надо. - ответил я, умиляясь сердобольности кондового.
- А? - остановился он. - Кого? - непонимающе нахмурил брови.
- Шляпу. - удивился я. - Или ты еще за кого-то заступиться хочешь?
- Аааа! - расслабился Коса. - Неее! Я не по тому спрашиваю. Да ну, давать баболам взятки - жирно будет! И ты ж сам сказал - его еще не поймали.
- Тогда о чем ты? Зачем тебе деньги? - насторожился я.
- Я тут покумекал... - начал он немного стеснительно. - У меня с собой тоже немного есть... Я всегда беру в дорогу своих сотенку другую... Ага. На всякий случай...
- Так. И? - кинул я, видя, что Коса почему-то стесняется своей идеи и его надо подтолкнуть. - Давай скинемся и купим краски на все? - выложил он и надо признать, я удивился. Не ожидал я, что Коса настолько волнуется за исполнение заказа Корнуса. Но после его дальнейших слов, с предложением согласился. - Еже ли мы перевыполним поручение хозяина, я думаю, он достойно отблагодарит за это. Особливо, узнав, чего нам это стоило. Возьмем красок поболе - сколько сможем, а с продавцов расписки стребуем, с указанием всех расчетов. Чует мое сердце, с этими делами с закрытием городов с поставками красок могут начаться проблемы. А тут мы такие - оба на! - целую кучу про запас привезли! А? Как считаешь? Сколько у тебя есть? Ты же слухачу за новости не последние отдал?
Я, конечно, не стал говорить, что потраченное на новости - это меньше, чем двадцатая часть того, что у меня было при себе. Все свои вещи и деньги я возил с собою - не хотелось мне оставлять их у Корнуса, тем более зная, что он в любой момент может засунуть в них, свой вороний клюв. Я забрал в дорогу все, что у меня было, оставив в прикроватном сундуке гридневого барака только перчатки, подаренные Веревкой. Сейчас в моем рюкзаке, кроме прочего, удивительного с точки зрения простого обывателя, скарба, лежало три кошеля: в одном 10 золотых, в другом - одинокий блесканец, который я так и таскаю с собой, отдав кузнецу медные, вырученные у Никанора за сапоги, в третьем - еще около трех сотен медяков. В целом, набиралась приличная сумма, и это еще не считая того, сколько можно выручить с продажи дорогих одежд и перстней.
В общем, я хоть и был не против, но терялся в догадке, сколько отдать Косе в ответ на его предложение. Поэтому, просто кивнул, решив сначала выяснить, сколько он сам собирается внести на кон и дать столько же. Ну, может быть, добавить немного сверху. Мне было не жаль отдать и все деньги, но боюсь, я не смог бы ответить на вопросы о том, откуда у меня такие сбережения.
- У меня две с половиной сотни. Но надо оставить чуток на обратную дорогу. Монет восемьдесят. Остальные добавлю в общаг. А ты сколько сможешь накинуть? Хотя бы еще полтос или соточку. Сможешь? - деловито выложил он свои расчеты.
- Смогу. - улыбнулся я.
- Сотню?
- Две. Пойдет?
- Отлично! - обрадовался кондовый и, утерев пот на лбу, зашагал дальше к духану.
Спросив у Вайнуша про Шляпу и узнав, что он еще не возвращался, мы стали ждать его внизу. Прошло больше часа, но он так и не вернулся.
- Может его все-таки поймали? - вздохнул я, раскручивая на столе медяк. Сидеть было скучно и мне хотелось поскорее уже заняться каким-нибудь делом.
- Было бы жаль... - Коса пожал плечами. Тоже вздохнул, но предложил подождать еще немного, а потом отправляться на склады.
Ждали, ждали и дождались. Только не Шляпу. В духан заявились стражники и стали выспрашивать у хозяина, не у него ли остановился незнакомец с вот-такенной! шляпой и пером. Вайнуш, как добросовестный горожанин, тут же сдал постояльца, не забыв при этом получить свои пять медяков награды.
- Если он вернется, то достанется им тепленький. Теперь, ему ни за что не выбраться. - расстроился я. - Что будем делать?
Прикинувшись простыми любопытствующими, мы пошли следом за стражами наверх, когда те, взяв запасные ключи, вскрыли комнату Шляпы. И каково же было наше с Косой удивление, когда внутри обнаружился мастер-сказочник! Он ловко выпрыгнул в окно, стоило стражам, открыть дверь.
- Тупая моя голова! Ясень пень, он прошел через кухню или влез в окно! Я б тоже так сделал, будь за мной погоня! Надо было сразу к нему сходить! Теперь ищи ветра в поле! - кручинился Коса, сидя в нашей комнате, а я был даже немного рад, что Шляпа сбежал. Нет, не потому, что мне хотелось оставить себе обещанные давеча ему пятьдесят медяков! У этого парня явно были неприятности, а мне не хотелось, чтобы мы подхватили от него эту "заразу".
Я так и сказал напарнику, когда мы шли к складам, на что получил от него такой вот вопрос:
- Ты думаешь, ет случайно, шо мы его уже дважды встретили?
Уж не знаю, какой смысл в свои слова вкладывал сам кондовый, но меня словно огрели по голове: "Я баран! Я ведь уже думал об этом, но слухач и вся эта беготня заставили меня забыться." Я уже думал о том, что этот Шляпа, может быть тем, кто ищет меня и кого я видел во снах. Сначала птица в монастыре, теперь этот парень с пером на шляпе, необычное кайховство! Все к одному!
- Мы должны его найти! - я остановился посреди улицы.
- Ага. Как?! - Коса всплеснул руками.
"Никак... Теперь мы его точно не найдем..." - расстроился я. У меня не было ни малейшего представления о том, как можно найти человека, пусть и весьма приметного, в чужом городе, в котором мы сами плутаем, стоит едва углубиться в его запутанные улицы.
В отличие от нас, стража в Курте хорошо знала свой город. И свое дело. Кругом ходили патрули - парами и по одному. И глядя на них, можно было подумать, что для блюстителей порядка такая работа - развлечение. Еще бы! Кайха ловить - это ж так весело!
У меня, было, опять промелькнула мысль, а не подкупить ли какого-нибудь стражника, как это сделал Лысый, когда искал нас с Яном. Правда, тут же вспомнив, что не очень-то им это помогло, от затеи отказался. И не только поэтому. Лысого нанял кто-то из знати. А мы кто? Правильно. Нас и слушать не станут. А могут еще и заподозрить в сговоре с кайхом. Нет уж - спасибо.
До искомых складов Хамаля нам пришлось топать аж на другой конец города.
- Ну конечно! - ворчал Коса. - Не мог этот сраный шумник какие другие склады посоветовать! Обязательно в самой жопе!
"На самом деле обидно". - согласился я. Складов тут, как и торговых лавок, кругом было пруд пруди: и на севере, возле ворот, где мы остановились, и на юге, и в центре. Но нам нужны были именно склады Хамаля, будто они единственные в своем роде!
Слушая бухтеж кондового и подозревая, что поплутав по заковыристым улицам, мы скорее всего уже давно сбились с пути, я хотел предложить бросить эту затею и обратиться к другим торговцам. Но потом вспомнил радушие продавцов на рынке. Меня передернуло и я решил, что рисковать и соваться в пасти к болтливым баболам в других складах не стоит. Все же Нато посоветовал именно Хамаля, и должно быть, выбор его был чем-то обусловлен.
Конечно, это могла быть банальная выгода - например, у него договор с этим Хамалем. Нато дежурит у северных ворот и посылает народ, прибывший из срединных земель, на другой конец города - к своему приятелю, к которому доходят по своей воле только те, кому ехать потом дальше на юг. Остальные же, закупившись всем нужным уже на въезде, развернут свои телеги и алга из этой страшной Курты. Но могло быть и так, что у Хамаля на самом деле какие-то особые склады, где хранятся редкие товары - такие, как красители. Во всяком случае, поначалу я так и считал, что краски - это редкий товар. Но потом, почитав мимоходом яркие вывески на торговых лавках и поразглядывав прохожих в цветастых одеждах, задумался: "А разве не тем ли и знаменит бабольный край? Не зря же нас сюда Корнус послал? Тут по-моему, вообще особо-то и торговать больше и нечем. Только шерсть, хлопок, да краски из камней всяких... Или не только?
- Что они могут хранить в таких количествах? - спросил я Косу. - Кругом сплошные лавки и склады! Откуда столько товаров в этой выжженной земле?
Коса был угрюм и не ответил.
Но скоро я все же получил ответ на свой вопрос.
- Пусто! Ничэво нэт. Утром комендант увел последний обоз. Фисе забраль, зараза! - Хамаль печально развел руками, предлагая нам оглянуться и самим убедиться. Он сидел в пустом душном складе, пытаясь починить старый уже разваливающийся абак. Кроме него и облезлого кота, сидящего на одной из пустых бочек, никого не было.
Мы пару минут стояли, моргали, потом я проснулся:
- А где есть? Нам очень нужны краски!
- Всэм всё нужно! Хамаль, нам нужно то, Хамаль, а нам это! Гдэ я вам возму? Рожу, чито ли? - возмутился он и бросил в ни в чем не повинного кота остроносым тапком. - Пшель отседва! Дармоед!
Кот, получив по сонной морде, молча подорвался и сдрыснул подальше от гнева расстроенного хозяина.
- Любезный, помоги хоть советом! Вот, - я достал из кошеля три медяка, - за твою доброту.
- Ээээ... - завскладом протянул раздраженно, ковыляя за своим тапком. - Помогать конкурентам? Ищё чиво?
Я положил еще три монеты на бочку.
- Так и быть, подскажу вам одно мэсто. У Патави. - нехотя сдался старый бабол и сгреб монеты за пазуху. Потом быстро выпроводил нас, подсказав напоследок, как добраться до ткацких мастерских, где его знакомый следит за снабжением. По его словам, у Патави еще оставалось немного красителей в запасах.
Но нервный приятель Хамаля тоже дал нам от ворот поворот.
- Нэ продам! Нам самим какое-то вреэмя придеца пэрэбиваца. - отрезал он и чуть на прищемил мне руку, захлопывая за нами двери.
Ушли ни с чем и оттуда.
Все, что мы получили в результате своих мытарств - это подтверждение печальной для нас новости: Магет точно закрыт и можно даже не рыпаться. Об этом, как и предсказывал Шляпа, уже говорили на каждом углу. Весть разошлась по городу, как рябь по воде от брошенного в нее камня. "Камень" был увесистый, так что волна беспокойств получилась солидной - всех волновали причины, но вот о них-то никто толком и не знал. Чего мы только не услышали: и мор, и гильдейский бунт, и смерть наместника... Была даже версия про обезумевших кайхов, которые захватили власть и собираются поджечь хлопковые поля, если их не признают равноправными членами бабольного общества.
Во все это нам с Косой верилось с трудом. Особенно с учетом того, что нам была известна другая причина. Ее, на удивление, на улицах не обсуждали. Никто не говорил про отделение баболов от Полянии. И то ли это было неправдой, то ли такой правдой, о которой пока знают лишь немногие... То ли все знают, но вслух не говорят. Последнее сомнение у меня возникло в результате одного наблюдения - стоило нам попробовать присоседиться к обменивающимся новостями людям, как те замолкали, бросали на нас недружелюбные взгляды и уходили.
Коса тоже обратил на это внимание и даже чуть не полез в драку к двум таким заносчивыми особам, которые повторили в своем разговоре фразу, высказанную пастухом, заградившим нам дорогу по пути в Курту. "Нахлебники!" - цокнул один из баболов нам вслед, когда мы прошли мимо. Я еле утащил Косу подальше от дерзких задир, резонно напомнив про стражу, рыскающую по всему городу.
Обратный путь в "Два персика" мне показался раз в пять длинней, чем до злосчастных складов. Мы хоть и не петляли особо, но расстроившись, растеряли всю бодрость, поэтому шли медленно.
По пути, чтобы отвлечь Косу от плохих мыслей, я, вспомнив его слова про неслучайность встречи со Шляпой, спросил:
- Почему дважды?
- Шо дважды? - угрюмо отозвался он.
- Ну ты про Шляпу так сказал. Помнишь?
Кондовый остановился и хитро прищурился.
- И он, и мы выбрали одну и ту же гостиницу - раз. В одно время оказались на рынке и нашли его в непроглядной толпе - два. Разве не удивительно, шо в таком городе, как Курта, мы уже дважды выбираем одно и то же место?
Я устало усмехнулся:
- А... Ты про это... Вообще-то, не удивительно. Мне кажется, не будь у него столь примечательной внешности, мы даже не посмотрели бы в его сторону.
И тут на соседней улице закричали.
- Кайх! Кайх! Лови его! Он здесь!
Когда они наконец-то пришли к соглашению, Коса, только было, открыл рот, чтобы заговорить со Шляпой, тот перескочил через столешницу раздаточной и начал зазывать прохожих.
- Эй, народ, подходи! Представление Джоки смотри! Развеселые, грустные сказки. Мастер Джока раскрасит их в краски.
Мы переглянулись - челюсть Косы тоже была ниже положенного. А Шляпа тем временем, начал выставлять на стол фигурки:
- Это - храбрый охотник Сургай-та. Лук и стрелы при нем, и Авгайка. - парень пододвинул вперед охотника размером с ладонь, а рядом с ним поставил фигурку собачки.
- Это - Т'рена - жена Сургай -та. Это - злыдень лесной - Кохлумайка. Будь ты млад или стар не стесняйся, поудобнее располагайся. Не бубни, не мешай, лишь смотри! Слушай сказку про злого Кохлума, побежденного силой любви.
Некоторые прохожие охотно подсаживались на еще свободные каменные лавочки, а Шляпа начал рассказывать свою историю, передвигая фигуры на столе.
- В темной чаще, где тихо и сыро, за пятью переходами дОлгими, притаились Сурга и Авгайка под кустами малинника кОлкими. - на столе появилась еще и фигурка куста.
Шляпа доставал их из сумки, перекинутой через плечо. Сами фигурки были искусно вырезаны из темного дерева. Каждый листик, каждая ягодка на кусте были точно живые, а охотник, даже лежа на боку, не выглядел нелепо. Прячась под кустом, он не переставал натягивать свой лук, целясь в только ему ведомую добычу.
С первых же слов истории мне стало понятно, что парень очень искусен в своем ремесле. Он умело завлекал зрителей, завладевая всем их вниманием. Многие хихикали, показывая пальцами на смешную Авгайку - лохматую, со свисающими ушами. Другие, открыв рты, слушали про страшного Кохлума, поймавшего в ловушку бравого Сургай-та. Фигурка лесного чудища была и правда страшной - кряжестый черный пень со множеством корневищ-руко-ног. Казалось, он шевелит ими и вот-вот утянет охотника и собачку в болото.
- Не смотреть, не дышать он не в силах, уж прощается в мыслях с любимой. Все сильнее и глубже болОтина тянет за ноги горе-охотника. Но рука вдруг коснулась чего-то... "Не могу я погибнуть в болоте! Дорогая жена меня ждет!" А Терена по тропке идет.
Я уже отчетливо видел, как несчастный охотник, подняв руку, пытается дотянуться до ветки. Вся его одежда перепачкана грязью, а с головы свисает зеленая болотная тина. Услышав лай Авгайки, жена охотника спешит ему на помощь, бросив мужу свою длинную золотую косу.
Очнулся я, когда люди вокруг начали визжать и с криками разбегаться в разные стороны. Я не сразу понял, в чем дело. Сидеть на месте остались только мы с Косой. Непонимающе крутил головой и Шляпа:
- Куда же вы?! Это только половина сказки!
Фигурки попадали с деревянным стуком на стол, хотя еще мгновение назад двигались сами по себе. Только сейчас до меня дошло, что я видел, видел, Ур меня побери! как история ожила. Лес и болото, собачка и страшный Кохлум - все двигалось, оживало, раскрашивалось в свои цвета, как и обещал мастер-сказочник. Я даже запахи малинника чувствовал и слышал вскрики испуганных птиц!
- Стража! Стража! Кайх! На рынок пробрался кайх! - кто-то уже звал стражу, а вокруг стола образовался пустырь. Продавец хинкали, убегая, чуть не убился об свою жаровню, все торговцы в соседних палатках попрятались, народ, только что слушавший сказку, забивался между бочек и ящиков, пытаясь убраться подальше от страшного сказочника.
- Если не хочешь на кол, беги! - серьезно сказал Шляпе Коса. - Ну же! Чего замер как истукан?! Не понял? У тебя проблемы, парень! Не знал, что кайховства тут под запретом?
Тут же послышались выкрики охраны и топот тяжелых сапог.
- Гдэ нарушитэль? Пастараныс!
Шляпа, стряхнув оцепенение, рванул между рядами и прохожими, вжимающимися при виде него в прилавки.
- Он забыл свои фигурки... - я взял одну со стола. Обычное дерево, ни одна деталь не шевелится. Услышав мое замечание, Коса похватал остальные и засунул в карман, пока никто не видит.
- Боюсь, они могут ему больше не пригодиться... Ежели его поймают, скорей всего казнят. Пойдем! Быстрее! - он широкими шагами направился в ту же сторону, куда убежал сказочник.
Очень скоро мы опять затерялись среди бесконечных лавок. Известие о том, что на рынке кайх, многих пугало, но не все тут же бросались наутек. Многие недоверчиво отмахивались от передающих слухи соседей. Не смущали народ и бегающие повсюду стражники. То есть, переполоха, конечно, добавилось, но без особых причин торговцы не торопились покидать свои лавки. Поначалу мне казалось, что Коса просто ищет выход, но, видя, как он прислушивается к крикам стражи, понял - он идет в том же направлении, что и они.
- Зачем мы их преследуем? - все же я не понимал, чего он хочет этим добиться.
- А мне интересно! - неожиданно заявил Коса, и я по глазам увидел - ему весело.
А мне не весело! Я переживал. Не хотелось мне связываться со стражей. Однажды я уже сидел в кутне. Тогда нам помог Харита. Тут нам никто не поможет!
- Не боишься? - спросил я, оглядываясь по сторонам, но стараясь не отставать от кондового, который даром, что хромой - шагал, как скороход, без стеснения расталкивая прохожих.
- Чего мне боятся?! - отозвался он, притормозив на очередном повороте и прислушиваясь к шуму толпы. - Шляпа неплохой парень... И дар у него редкий. - Коса почесал в затылке, растерянно оглядываясь с пониманием, что мы кажется потеряли след. - И хоть я никогда не слыхал, чтобы кто-то умел так ... эээ... мозги пудрить, думаю, в озёрном краю его сказочки имели бы о-го-го какой успех! - он многозначительно поднял палец к небу и резко развернулся к "моченым" рядам. Оттуда заманчиво пахло квашеными капустой, яблоками и прочими вкусняшками. - Просто он, похоже как и ты, не в курсе, что бабольские земли - ет не то место, где можно ТАК рассказывать сказки. Погибне почем зря... Ага. - Коса опять замер у одного из прилавков и подцепил на палец душистую капусту, предложенную продавцом. Толстяк, явно очень гордившийся своей чудо-капустой, чуть не умер от счастья, когда кондовый одобрительно кивнул. Что именно одобрял Коса этим кивком - капусту или талант Шляпы, стало ясно, после того как он, бросив бодрое: "А я бы сказку дослушал... - опять припустил дальше по рядам.
Я по прежнему пробирался следом, доверяясь его чутью и не рискуя самому пробивать себе путь среди толчеи. По пути начиная догадываться, что дело, конечно, не только в сказке. Коса, хоть и отшучивается, но за парня переживает по-настоящему. Понравился ему этот Шляпа. Только, что мы сможем сделать для него? Кайхов тут не просто не любят - по сути, они вне закона. Если его схватят, у нас нет способа защитить бедолагу - мы сами не местные. Да и вообще, со стражей кулаками не договориться. Разве что взятку дать можно, но примут ли ее?
Следуя за стражей, которая мелькала где-то впереди, мы запыхавшись, наконец-то выбрались из базарных рядов. "Ура!" - обрадовался я, но быстро понял: "Не ура..." - почти сразу нас поймала в себя круговерть кривых улиц.
Мы видели и слышали топот стражи впереди себя. Они опережали нас на пару домов, не больше и, если бы улицы были прямыми и не так набиты народом, то догнали бы их быстрее. Но каждый раз, выворачивая из-за какой-нибудь хибары, мы натыкались на новые препятствия и как следствие - опять отставали. Пару раз мы чуть не сбили женщин, несущих кувшины с водой. А одинажды, я все же перечепился через корзины с виноградом, которые старик выставил за калитку для продажи, пока сам сидел в тени желтокаменного заборчика. Извиняться было некогда, поэтому, выкрикнув скупое "прости старик", я припустил еще быстрее, пока тот не решил в сердцах кинуть в меня своей клюкой.
Через пару поворотов я таки врезался в спину напарника, не зная, что он внезапно остановился за углом. Мы вдвоем чуть не покатились кубарем по каменной лестнице, которая спускалась к одной из немногих широких улиц в этом городе. По ней бесконечным потоком текли разномастные повозки.
В самом низу лестницы, припустив на последних ступенях, Шляпа удирал от трех стражей. Казалось, он вот-вот вылетит на мостовую, врезавшись в огромные колеса арбы. Но в последний миг он подпрыгнул, в два шага взобрался по спицам колеса, дальше по мешкам, едва не наступая на погонщика, и спрыгнул с другой стороны. Стражники, конечно же, так рисковать не стали. Обегая арбу сзади, они начали требовать: "Стой! Прапуститэ! Дэржи бэглеца!"
Я, было, кинулся следом, но Коса поймал меня за рукав.
- Хитрый, шельма. - он показал мне под арбу, которая, лишь немного снизила скорость. Остановиться полностью она ну ни как не могла! Влившись в тележный поток, ты обязан сохранять определенную скорость, либо внезапная остановка вызовет затор и переполох. В лучшем случае. А то и убьется кто-нибудь. Поэтому арба, с выглядывающими из-под свисающих мешков парой крадущихся ног, не остановилась, продолжила стучать своими колесами по каменной мостовой.
Удивительно, но похоже, кроме нас больше никто не видел, что Шляпа залез под высокую повозку и шел под ней на корточках. Стражи, потеряв его из виду, перебежали аж на другую сторону улицы и теперь крутились там волчками, пытаясь понять, куда же делся парень.
Арба уже скрылась за домами, а мы все стояли на месте.
- Чего мы ждем? - удивился я. - Если поспешим, то нагоним его.
Кондовый, улыбаясь в усы и поправляя их, сказал, что теперь, можно спокойно возвращаться в духан.
- Почему? - удивился я еще больше.
- Хватит, набегалси я ужо... - потирая свои колени, Коса с кряхтением уселся на верхнюю ступень. - Вайнуш говорил, шо вещи свои Шляпа не брал. Ага. При нем и правда ничого не было, значит он за ними вернется.
- Знать бы только, где наша таверна! Боюсь, он тоже будет блуждать по этому "лесу" до ночи... - закрутился я вокруг себя.
С лестницы, на которой мы стояли, была видна приличная часть нижнего города, но толку от этого не было. Я совсем не представлял, в какой стороне наш постоялый двор.
Коса показал мне на крышу башенки, выглядывающую неподалеку из-за домиков слева.
- Я выбрал "Два персика" отнюдь не из-за названия. - смеясь, он похлопал меня по спине. - Наша таверна рядом с северными воротами. А это, - он ткнул в башню пальцем, - привратная башня. Если он не дурак, то тоже запомнил примету.
Идти было недалеко, и мы решили забежать в закусочную на одном из перекрестков, перекусить, а то с самого утра так и не поели толком. Коса последовал правилу "когда я ем, то глух и нем" и жевал, не отвлекаясь на беседы, и по нему было заметно, что он сосредоточенно о чем-то думает. Своими соображениями он решил поделиться со мной, когда мы остались одни. Понимаю, это звучит не правдоподобно - остались одни, это в Курте-то! Как это если кругом толпы народу? Но это правда. Просто за полдень, когда солнце успело прогреть воздух до состояния парного молока, народ попрятался в свои дома и под тенистые навесы во дворах. Никто не хотел загорать на солнцепеке. Кроме нас, дурачков, не надевших даже шляп, и вынужденных теперь терпеть палящее солнце по пути к духану. За пару домов до него, Коса замедлил шаг и задумчиво спросил:
- Слушай, Ярек, у тебя ведь есть деньги?
Я решил, он, как и я недавно, думает дать на лапу страже, чтобы спасти Шляпу.
- Но ведь его не поймали! Но, если понадобиться, то мне не жалко. Дам сколько надо. - ответил я, умиляясь сердобольности кондового.
- А? - остановился он. - Кого? - непонимающе нахмурил брови.
- Шляпу. - удивился я. - Или ты еще за кого-то заступиться хочешь?
- Аааа! - расслабился Коса. - Неее! Я не по тому спрашиваю. Да ну, давать баболам взятки - жирно будет! И ты ж сам сказал - его еще не поймали.
- Тогда о чем ты? Зачем тебе деньги? - насторожился я.
- Я тут покумекал... - начал он немного стеснительно. - У меня с собой тоже немного есть... Я всегда беру в дорогу своих сотенку другую... Ага. На всякий случай...
- Так. И? - кинул я, видя, что Коса почему-то стесняется своей идеи и его надо подтолкнуть. - Давай скинемся и купим краски на все? - выложил он и надо признать, я удивился. Не ожидал я, что Коса настолько волнуется за исполнение заказа Корнуса. Но после его дальнейших слов, с предложением согласился. - Еже ли мы перевыполним поручение хозяина, я думаю, он достойно отблагодарит за это. Особливо, узнав, чего нам это стоило. Возьмем красок поболе - сколько сможем, а с продавцов расписки стребуем, с указанием всех расчетов. Чует мое сердце, с этими делами с закрытием городов с поставками красок могут начаться проблемы. А тут мы такие - оба на! - целую кучу про запас привезли! А? Как считаешь? Сколько у тебя есть? Ты же слухачу за новости не последние отдал?
Я, конечно, не стал говорить, что потраченное на новости - это меньше, чем двадцатая часть того, что у меня было при себе. Все свои вещи и деньги я возил с собою - не хотелось мне оставлять их у Корнуса, тем более зная, что он в любой момент может засунуть в них, свой вороний клюв. Я забрал в дорогу все, что у меня было, оставив в прикроватном сундуке гридневого барака только перчатки, подаренные Веревкой. Сейчас в моем рюкзаке, кроме прочего, удивительного с точки зрения простого обывателя, скарба, лежало три кошеля: в одном 10 золотых, в другом - одинокий блесканец, который я так и таскаю с собой, отдав кузнецу медные, вырученные у Никанора за сапоги, в третьем - еще около трех сотен медяков. В целом, набиралась приличная сумма, и это еще не считая того, сколько можно выручить с продажи дорогих одежд и перстней.
В общем, я хоть и был не против, но терялся в догадке, сколько отдать Косе в ответ на его предложение. Поэтому, просто кивнул, решив сначала выяснить, сколько он сам собирается внести на кон и дать столько же. Ну, может быть, добавить немного сверху. Мне было не жаль отдать и все деньги, но боюсь, я не смог бы ответить на вопросы о том, откуда у меня такие сбережения.
- У меня две с половиной сотни. Но надо оставить чуток на обратную дорогу. Монет восемьдесят. Остальные добавлю в общаг. А ты сколько сможешь накинуть? Хотя бы еще полтос или соточку. Сможешь? - деловито выложил он свои расчеты.
- Смогу. - улыбнулся я.
- Сотню?
- Две. Пойдет?
- Отлично! - обрадовался кондовый и, утерев пот на лбу, зашагал дальше к духану.
Спросив у Вайнуша про Шляпу и узнав, что он еще не возвращался, мы стали ждать его внизу. Прошло больше часа, но он так и не вернулся.
- Может его все-таки поймали? - вздохнул я, раскручивая на столе медяк. Сидеть было скучно и мне хотелось поскорее уже заняться каким-нибудь делом.
- Было бы жаль... - Коса пожал плечами. Тоже вздохнул, но предложил подождать еще немного, а потом отправляться на склады.
Ждали, ждали и дождались. Только не Шляпу. В духан заявились стражники и стали выспрашивать у хозяина, не у него ли остановился незнакомец с вот-такенной! шляпой и пером. Вайнуш, как добросовестный горожанин, тут же сдал постояльца, не забыв при этом получить свои пять медяков награды.
- Если он вернется, то достанется им тепленький. Теперь, ему ни за что не выбраться. - расстроился я. - Что будем делать?
Прикинувшись простыми любопытствующими, мы пошли следом за стражами наверх, когда те, взяв запасные ключи, вскрыли комнату Шляпы. И каково же было наше с Косой удивление, когда внутри обнаружился мастер-сказочник! Он ловко выпрыгнул в окно, стоило стражам, открыть дверь.
- Тупая моя голова! Ясень пень, он прошел через кухню или влез в окно! Я б тоже так сделал, будь за мной погоня! Надо было сразу к нему сходить! Теперь ищи ветра в поле! - кручинился Коса, сидя в нашей комнате, а я был даже немного рад, что Шляпа сбежал. Нет, не потому, что мне хотелось оставить себе обещанные давеча ему пятьдесят медяков! У этого парня явно были неприятности, а мне не хотелось, чтобы мы подхватили от него эту "заразу".
Я так и сказал напарнику, когда мы шли к складам, на что получил от него такой вот вопрос:
- Ты думаешь, ет случайно, шо мы его уже дважды встретили?
Уж не знаю, какой смысл в свои слова вкладывал сам кондовый, но меня словно огрели по голове: "Я баран! Я ведь уже думал об этом, но слухач и вся эта беготня заставили меня забыться." Я уже думал о том, что этот Шляпа, может быть тем, кто ищет меня и кого я видел во снах. Сначала птица в монастыре, теперь этот парень с пером на шляпе, необычное кайховство! Все к одному!
- Мы должны его найти! - я остановился посреди улицы.
- Ага. Как?! - Коса всплеснул руками.
"Никак... Теперь мы его точно не найдем..." - расстроился я. У меня не было ни малейшего представления о том, как можно найти человека, пусть и весьма приметного, в чужом городе, в котором мы сами плутаем, стоит едва углубиться в его запутанные улицы.
В отличие от нас, стража в Курте хорошо знала свой город. И свое дело. Кругом ходили патрули - парами и по одному. И глядя на них, можно было подумать, что для блюстителей порядка такая работа - развлечение. Еще бы! Кайха ловить - это ж так весело!
У меня, было, опять промелькнула мысль, а не подкупить ли какого-нибудь стражника, как это сделал Лысый, когда искал нас с Яном. Правда, тут же вспомнив, что не очень-то им это помогло, от затеи отказался. И не только поэтому. Лысого нанял кто-то из знати. А мы кто? Правильно. Нас и слушать не станут. А могут еще и заподозрить в сговоре с кайхом. Нет уж - спасибо.
До искомых складов Хамаля нам пришлось топать аж на другой конец города.
- Ну конечно! - ворчал Коса. - Не мог этот сраный шумник какие другие склады посоветовать! Обязательно в самой жопе!
"На самом деле обидно". - согласился я. Складов тут, как и торговых лавок, кругом было пруд пруди: и на севере, возле ворот, где мы остановились, и на юге, и в центре. Но нам нужны были именно склады Хамаля, будто они единственные в своем роде!
Слушая бухтеж кондового и подозревая, что поплутав по заковыристым улицам, мы скорее всего уже давно сбились с пути, я хотел предложить бросить эту затею и обратиться к другим торговцам. Но потом вспомнил радушие продавцов на рынке. Меня передернуло и я решил, что рисковать и соваться в пасти к болтливым баболам в других складах не стоит. Все же Нато посоветовал именно Хамаля, и должно быть, выбор его был чем-то обусловлен.
Конечно, это могла быть банальная выгода - например, у него договор с этим Хамалем. Нато дежурит у северных ворот и посылает народ, прибывший из срединных земель, на другой конец города - к своему приятелю, к которому доходят по своей воле только те, кому ехать потом дальше на юг. Остальные же, закупившись всем нужным уже на въезде, развернут свои телеги и алга из этой страшной Курты. Но могло быть и так, что у Хамаля на самом деле какие-то особые склады, где хранятся редкие товары - такие, как красители. Во всяком случае, поначалу я так и считал, что краски - это редкий товар. Но потом, почитав мимоходом яркие вывески на торговых лавках и поразглядывав прохожих в цветастых одеждах, задумался: "А разве не тем ли и знаменит бабольный край? Не зря же нас сюда Корнус послал? Тут по-моему, вообще особо-то и торговать больше и нечем. Только шерсть, хлопок, да краски из камней всяких... Или не только?
- Что они могут хранить в таких количествах? - спросил я Косу. - Кругом сплошные лавки и склады! Откуда столько товаров в этой выжженной земле?
Коса был угрюм и не ответил.
Но скоро я все же получил ответ на свой вопрос.
- Пусто! Ничэво нэт. Утром комендант увел последний обоз. Фисе забраль, зараза! - Хамаль печально развел руками, предлагая нам оглянуться и самим убедиться. Он сидел в пустом душном складе, пытаясь починить старый уже разваливающийся абак. Кроме него и облезлого кота, сидящего на одной из пустых бочек, никого не было.
Мы пару минут стояли, моргали, потом я проснулся:
- А где есть? Нам очень нужны краски!
- Всэм всё нужно! Хамаль, нам нужно то, Хамаль, а нам это! Гдэ я вам возму? Рожу, чито ли? - возмутился он и бросил в ни в чем не повинного кота остроносым тапком. - Пшель отседва! Дармоед!
Кот, получив по сонной морде, молча подорвался и сдрыснул подальше от гнева расстроенного хозяина.
- Любезный, помоги хоть советом! Вот, - я достал из кошеля три медяка, - за твою доброту.
- Ээээ... - завскладом протянул раздраженно, ковыляя за своим тапком. - Помогать конкурентам? Ищё чиво?
Я положил еще три монеты на бочку.
- Так и быть, подскажу вам одно мэсто. У Патави. - нехотя сдался старый бабол и сгреб монеты за пазуху. Потом быстро выпроводил нас, подсказав напоследок, как добраться до ткацких мастерских, где его знакомый следит за снабжением. По его словам, у Патави еще оставалось немного красителей в запасах.
Но нервный приятель Хамаля тоже дал нам от ворот поворот.
- Нэ продам! Нам самим какое-то вреэмя придеца пэрэбиваца. - отрезал он и чуть на прищемил мне руку, захлопывая за нами двери.
Ушли ни с чем и оттуда.
Все, что мы получили в результате своих мытарств - это подтверждение печальной для нас новости: Магет точно закрыт и можно даже не рыпаться. Об этом, как и предсказывал Шляпа, уже говорили на каждом углу. Весть разошлась по городу, как рябь по воде от брошенного в нее камня. "Камень" был увесистый, так что волна беспокойств получилась солидной - всех волновали причины, но вот о них-то никто толком и не знал. Чего мы только не услышали: и мор, и гильдейский бунт, и смерть наместника... Была даже версия про обезумевших кайхов, которые захватили власть и собираются поджечь хлопковые поля, если их не признают равноправными членами бабольного общества.
Во все это нам с Косой верилось с трудом. Особенно с учетом того, что нам была известна другая причина. Ее, на удивление, на улицах не обсуждали. Никто не говорил про отделение баболов от Полянии. И то ли это было неправдой, то ли такой правдой, о которой пока знают лишь немногие... То ли все знают, но вслух не говорят. Последнее сомнение у меня возникло в результате одного наблюдения - стоило нам попробовать присоседиться к обменивающимся новостями людям, как те замолкали, бросали на нас недружелюбные взгляды и уходили.
Коса тоже обратил на это внимание и даже чуть не полез в драку к двум таким заносчивыми особам, которые повторили в своем разговоре фразу, высказанную пастухом, заградившим нам дорогу по пути в Курту. "Нахлебники!" - цокнул один из баболов нам вслед, когда мы прошли мимо. Я еле утащил Косу подальше от дерзких задир, резонно напомнив про стражу, рыскающую по всему городу.
Обратный путь в "Два персика" мне показался раз в пять длинней, чем до злосчастных складов. Мы хоть и не петляли особо, но расстроившись, растеряли всю бодрость, поэтому шли медленно.
По пути, чтобы отвлечь Косу от плохих мыслей, я, вспомнив его слова про неслучайность встречи со Шляпой, спросил:
- Почему дважды?
- Шо дважды? - угрюмо отозвался он.
- Ну ты про Шляпу так сказал. Помнишь?
Кондовый остановился и хитро прищурился.
- И он, и мы выбрали одну и ту же гостиницу - раз. В одно время оказались на рынке и нашли его в непроглядной толпе - два. Разве не удивительно, шо в таком городе, как Курта, мы уже дважды выбираем одно и то же место?
Я устало усмехнулся:
- А... Ты про это... Вообще-то, не удивительно. Мне кажется, не будь у него столь примечательной внешности, мы даже не посмотрели бы в его сторону.
И тут на соседней улице закричали.
- Кайх! Кайх! Лови его! Он здесь!
Комментариев нет:
Отправить комментарий