Путь до участка был недолгим - то-то стражи так быстро прибыли. "Снова, опять!" - думал я шагая между двух поджарых конвоиров. - "Вляпались. Который раз за день! Когда это кончиться уже... и уповать-то теперь не на что... Может, хоть Ода сжалится над нами... не зря же у камня молились?"
Пока шли, Ян всю дорогу сбивчиво оправдывался: "Да мы не с ним... у нас к Берендею другой вопрос был... мы вообще мимо проходили... " Но капитан не слушал. Сразу видно - человек слова. Он же сказал: "Разберусь в управе". Оставалось надеяться, что он и правда разберется, а не... дальше моя мысль останавливалась - я не очень представлял, как именно нас могут наказать и что пойдет в дело. Если начнут с начала, то припишут и Здоба и Корнусову пропажу... боюсь тогда, одной ямой мы не отделаемся.
За мыслями я не заметил, как нас провели через ворота, и стал оглядываться уже во дворе. Скорее всего мы уже несколько раз проходили мимо этого дома, даже не догадываясь, что это сторожевой пост - ничто в нем не выдавало принадлежность служителям порядка.
Ян толкнул меня локтем, шепнув на ухо:
- Чей это дом, к кому нас привели? Не к Корнусу ли?
Капитан, проходя мимо кинул нашим конвоирам:
- Этих в караульную, а Покровского в головную управу.
- А чей-то нас раздельно? - начал было возмущаться Ян, но тут же осекся, потому как капитан повернулся к нему и с улыбочкой спросил:
- Так вы с ним или нет?
Ян закрыл рот и молча помотал головой: "Не с ним".
В караулке нас усадили на лавку, а капитан присел на край стола, расстегивая тугой пояс и укладывая рядом плеть, с которыми тут все стражи ходят.
- Я - Стригур - десятник серьмяжного поста. - представился страж.
"Ага, с капитаном я промазал, но все же верно угадал в нем начальника."
- Имена? - потребовал десятник.
- Ярек, Янигур - ответили мы по-очереди.
Он кивнул.
- Ты, - Стригур показал на меня, - рассказывай, как дело было, твоего приятеля я уже послушал.
- Мы пришли к Берендею отдать долг... - и я развел руками.
- Сколько и за что должны? - продолжил десятник, без запинки. Сразу понятно, что дело он свое хорошо знает - спрашивает с толком и по-существу.
- Должны не мы, а Янигуровы братья. Пять сотен за игру.
- Почему не они пришли отдавать?
- Они не могут. - влез Ян. - Они пропали, но... мы думали Берендей их у себя держит! Мне так Тарпен из управы сказал.
- Из какой управы?
- Из городского управления, где советные заседают.
- Как давно вы знакомы с Феодором Ладановичем?
Я прикинул и ответил:
- Часа два.
- У Берендея стало быть познакомились?
- Да мы не шибко-то и знакомы... - пожал я плечами.
Ян, нервно хохотнул:
- Он там под лавкой спал, а мы его случайно разбудили.
- Напрасно. - улыбнулся десятник, но тут же посуровел и строже поправился. - Это к делу не относится. Вы долг-то отдали?
- Нет. Он отказался. Сказал, что знать ничего не знает.
- Кто драку начал? Сами участвовали?
"Как тут ответишь? - задумался я. - С одной стороны - это Федя охранников побил и дом крушить отправился, но с другой стороны - это Ян, первый на Берендея кинулся, хотя цели своей и не достиг."
- Охранники Берендея. - нагло соврал я, стараясь опередить язык приятеля. А тот, смотрю, от неожиданности моего заявления, так рот открытым и оставил, но тут же спохватился и добавил:
- Да! Они нас прогонять стали, подняли шум, и тут проснулся Федя.
Стригур сморщил нос. Похоже он знал Федю, получше нашего, и уже в картинках представил себе, как разбуженный Федя устроил погром.
Я решил, что самое время надавить на нашу невиновность и пояснил, что после того, как в доме начали голосить женщины, мы кинулись спасать бедолаг, но особо помочь не успели. К тому времени, разъяренный левелат уже добрался до Берендея и стал призывать того покаяться, грозя расправой.
- Дальше, вы сами видели. Я пытался его отговорить. Можете у Берендея спросить - он там был. На половину...
Десятник кивнул и показал нам встать. Вопреки всем моим ожиданиям, нас не стали обыскивать или вести запись допроса. Стригур просто сказал, что утром нас отпустит. А сейчас, ему надо составить отчет в управу. Позвал стража и приказал отвести нас в кутню* (камера для заключенных под стражу).
- Почему утром? За что нам в кутне сидеть? - изумился Ян.
- Вас покормят и выдадут тюфяки. - только и ответил Стригур, явно уставший от своей работы.
- Это несправедливо! Мы ни в чем не виноваты!
- Это еще не известно... - протянул десятник.
- Как неизвестно? Вы же разобрались во всем!
- Я просто выслушал. Разбираться другие будут. Но! Если вы будете сидеть тихо и не мешать мне работать, то мой отчет, поможет вам избежать общения с оными. Порядок, есть порядок. Скажи спасибо, что это я вас принял. Если бы Шибурда был на месте, сидеть вам в яме за соучастие в разбое.
Я стразу оценил щедрость десятника - до этого он обходился парой слов, а тут целая песня, к тому же с хорошим сюжетом. Поэтому, я заткнул Яна, сообщив ему на ухо, что если он еще хоть слово скажет, я подсуну ему жука в нос, пока тот будет спать. Это сработало. Видать, Ян живо представил себе мою угрозу - его аж передернуло.
- Вернусь в Паюгару, заделаюсь провидцем. - сложив руки на груди, сообщил мне приятель, когда стажи оставили нас отдыхать на тюфяках.
Кутня оказалась многоместной. Благо, сейчас в ней было пусто. "Какой добропорядочный городок! Одним нам в нем не иметься."- сам себе улыбнулся я, а вслух спросил:
- С чего вдруг?
- С того. Я же говорил - сидеть нам в яме!
- Это не яма.
- Один хрен!
- Вовсе нет. С учетом происшедшего, мы легко отделались. Так что хватит бузить. За ночь платить не придется.
Ян показал мне язык, скривив злую рожу.
Не поддаваясь более на его подколки, я лег, но Ян все не унимался:
- Колись! Ты ведь знал, что ТАК все и будет? Дед тебе небось нагадал!
- Нет... Но я и сам уже давно догадывался.
- На что это ты намекаешь?
- На то, что у вас тут все не слава Богу. Я должен был еще в Паюгаре понять, когда задание от твоего бати принимал, что добром это не кончится.
- Ну, конечно! Теперь мы крайние?! Если бы ТЫ в лодке не приплыл...
- Если бы, да кабы! Отвянь! Чего теперь виноватых искать? Давай не будем? Утром нас выпустят, и я - сразу к кузнецу. И надеюсь, на этот раз мне никто не даст по голове в темном переулке.
Ян наконец-то замолчал, видимо стыдно стало за свое поведение.
- Дед мне сказал, что меня ищет кто-то. - сказал я после долгого молчания и сразу дальше пояснил, пока Ян не ляпнул, про то, мол, ясное дело ищут, не чего было в драку со Здобом лезть. - Друг. Вроде как, я с ним встречусь. Сокоро.
- Где? На горе Дида?
- Нет. Не знаю. Этого он не увидел. Но про гору он тоже говорил - что я там побываю. Попросил земли с нее принести. Там земля что, особенная какая-то?
- Так говорят. Это курган, в котором Дид похоронен.
- Кем он был?
- Первым князем... нет не так... он был тем, кто народ Полян привел на эту землю. Точнее тогда они как-то иначе назывались, я забыл как. Полянами - это они уже тут стали, когда земли обжили - тут полей много, поэтому. А курган "Поклонной горой" называют, потому как туда паломники ходят, великому предку поклониться.
- Теперь понятно. А там тоже город какой или как? Где там Авикода живет?
- Я точно не знаю. Вроде бы нет. Монастырь там, что ли был... есть. Это лучше у проиков спрашивать.
Мы еще помолчали.
- Ты прости меня за... это, ну за то, что я... того... - начал извиняться Ян.
- Уже простил. - без обиды сказал я. - Иначе не стал бы весь этот балаган с переодеваниями устраивать. О! Слушай, так кто ж такие эти левелаты? - я обрадовался, что наконец-то могу позадавать свои вопросы.
- Они служители понтиата - посредники между церковью и князьями.
- Это как? - радость моя тут же погасла - мне его слова ничего не объяснили.
Ян почесал лоб.
- С тобой так сложно, Ярек! Как же объяснить-то? Ну, они следят за равновесием власти, за тем, чтобы ни те, ни другие на перетягивали на себя управление народом.
- Так, а понтиат это тогда что? Церковный совет?
- Да нет же... пфф... - Ян видно сам во всем это разбирался с трудом. - Это что-то вроде общины левелатной, во главе которой Понтиат.
- Так Понтиат - это имя? Человек?
- Да, человек и также всю их общину называют. Вроде так...
- Выходит, Федя какой-то властью наделен?
- Какой-то да. Но ты у меня не спрашивай какой. Я сам первый раз в жизни живого левелата видел. И, если бы он сам нам не представился, я бы никогда не подумал, что этот полуголый страшила из таковских будет.
Я задал Яну еще много вопросов: и про князей, и про церковь спрашивал, и про Оду, и про порядки городские, и что такое советные, и кем работает Тарпен. Пока мы болтали наступил вечер. Нам принесли еду. Не яства Гаврилы, конечно, но совсем недурно: сытная каша со свежим хлебом и по яблоку с орехами. После еды я, незаметно для себя, уснул. И Ян, похоже тоже, потому как, больше никто не доставал меня укорами и нытьем.
- Эй, ребзя, выходь-те! Да вас прыйшлы. - разбудил нас голос стража.
"Кого там Ур принес?" - забеспокоился я, пытаясь понять утро уже или еще ночь.
Охранник проводил нас в небольшую комнатку, где возле окна на стуле сидел Харита.
- Проводите господина Янигура к десятнику. - попросил он стража. - А мы с... - он запнулся на моем имени, - Чуть позже подойдем.
Полусонного Яна увели, куда велено, а я остался, не представляя, что меня ждет. Потому как, кого-кого, а Хариту я ожидал увидеть тут меньше всего.
Пока шли, Ян всю дорогу сбивчиво оправдывался: "Да мы не с ним... у нас к Берендею другой вопрос был... мы вообще мимо проходили... " Но капитан не слушал. Сразу видно - человек слова. Он же сказал: "Разберусь в управе". Оставалось надеяться, что он и правда разберется, а не... дальше моя мысль останавливалась - я не очень представлял, как именно нас могут наказать и что пойдет в дело. Если начнут с начала, то припишут и Здоба и Корнусову пропажу... боюсь тогда, одной ямой мы не отделаемся.
За мыслями я не заметил, как нас провели через ворота, и стал оглядываться уже во дворе. Скорее всего мы уже несколько раз проходили мимо этого дома, даже не догадываясь, что это сторожевой пост - ничто в нем не выдавало принадлежность служителям порядка.
Ян толкнул меня локтем, шепнув на ухо:
- Чей это дом, к кому нас привели? Не к Корнусу ли?
Капитан, проходя мимо кинул нашим конвоирам:
- Этих в караульную, а Покровского в головную управу.
- А чей-то нас раздельно? - начал было возмущаться Ян, но тут же осекся, потому как капитан повернулся к нему и с улыбочкой спросил:
- Так вы с ним или нет?
Ян закрыл рот и молча помотал головой: "Не с ним".
В караулке нас усадили на лавку, а капитан присел на край стола, расстегивая тугой пояс и укладывая рядом плеть, с которыми тут все стражи ходят.
- Я - Стригур - десятник серьмяжного поста. - представился страж.
"Ага, с капитаном я промазал, но все же верно угадал в нем начальника."
- Имена? - потребовал десятник.
- Ярек, Янигур - ответили мы по-очереди.
Он кивнул.
- Ты, - Стригур показал на меня, - рассказывай, как дело было, твоего приятеля я уже послушал.
- Мы пришли к Берендею отдать долг... - и я развел руками.
- Сколько и за что должны? - продолжил десятник, без запинки. Сразу понятно, что дело он свое хорошо знает - спрашивает с толком и по-существу.
- Должны не мы, а Янигуровы братья. Пять сотен за игру.
- Почему не они пришли отдавать?
- Они не могут. - влез Ян. - Они пропали, но... мы думали Берендей их у себя держит! Мне так Тарпен из управы сказал.
- Из какой управы?
- Из городского управления, где советные заседают.
- Как давно вы знакомы с Феодором Ладановичем?
Я прикинул и ответил:
- Часа два.
- У Берендея стало быть познакомились?
- Да мы не шибко-то и знакомы... - пожал я плечами.
Ян, нервно хохотнул:
- Он там под лавкой спал, а мы его случайно разбудили.
- Напрасно. - улыбнулся десятник, но тут же посуровел и строже поправился. - Это к делу не относится. Вы долг-то отдали?
- Нет. Он отказался. Сказал, что знать ничего не знает.
- Кто драку начал? Сами участвовали?
"Как тут ответишь? - задумался я. - С одной стороны - это Федя охранников побил и дом крушить отправился, но с другой стороны - это Ян, первый на Берендея кинулся, хотя цели своей и не достиг."
- Охранники Берендея. - нагло соврал я, стараясь опередить язык приятеля. А тот, смотрю, от неожиданности моего заявления, так рот открытым и оставил, но тут же спохватился и добавил:
- Да! Они нас прогонять стали, подняли шум, и тут проснулся Федя.
Стригур сморщил нос. Похоже он знал Федю, получше нашего, и уже в картинках представил себе, как разбуженный Федя устроил погром.
Я решил, что самое время надавить на нашу невиновность и пояснил, что после того, как в доме начали голосить женщины, мы кинулись спасать бедолаг, но особо помочь не успели. К тому времени, разъяренный левелат уже добрался до Берендея и стал призывать того покаяться, грозя расправой.
- Дальше, вы сами видели. Я пытался его отговорить. Можете у Берендея спросить - он там был. На половину...
Десятник кивнул и показал нам встать. Вопреки всем моим ожиданиям, нас не стали обыскивать или вести запись допроса. Стригур просто сказал, что утром нас отпустит. А сейчас, ему надо составить отчет в управу. Позвал стража и приказал отвести нас в кутню* (камера для заключенных под стражу).
- Почему утром? За что нам в кутне сидеть? - изумился Ян.
- Вас покормят и выдадут тюфяки. - только и ответил Стригур, явно уставший от своей работы.
- Это несправедливо! Мы ни в чем не виноваты!
- Это еще не известно... - протянул десятник.
- Как неизвестно? Вы же разобрались во всем!
- Я просто выслушал. Разбираться другие будут. Но! Если вы будете сидеть тихо и не мешать мне работать, то мой отчет, поможет вам избежать общения с оными. Порядок, есть порядок. Скажи спасибо, что это я вас принял. Если бы Шибурда был на месте, сидеть вам в яме за соучастие в разбое.
Я стразу оценил щедрость десятника - до этого он обходился парой слов, а тут целая песня, к тому же с хорошим сюжетом. Поэтому, я заткнул Яна, сообщив ему на ухо, что если он еще хоть слово скажет, я подсуну ему жука в нос, пока тот будет спать. Это сработало. Видать, Ян живо представил себе мою угрозу - его аж передернуло.
- Вернусь в Паюгару, заделаюсь провидцем. - сложив руки на груди, сообщил мне приятель, когда стажи оставили нас отдыхать на тюфяках.
Кутня оказалась многоместной. Благо, сейчас в ней было пусто. "Какой добропорядочный городок! Одним нам в нем не иметься."- сам себе улыбнулся я, а вслух спросил:
- С чего вдруг?
- С того. Я же говорил - сидеть нам в яме!
- Это не яма.
- Один хрен!
- Вовсе нет. С учетом происшедшего, мы легко отделались. Так что хватит бузить. За ночь платить не придется.
Ян показал мне язык, скривив злую рожу.
Не поддаваясь более на его подколки, я лег, но Ян все не унимался:
- Колись! Ты ведь знал, что ТАК все и будет? Дед тебе небось нагадал!
- Нет... Но я и сам уже давно догадывался.
- На что это ты намекаешь?
- На то, что у вас тут все не слава Богу. Я должен был еще в Паюгаре понять, когда задание от твоего бати принимал, что добром это не кончится.
- Ну, конечно! Теперь мы крайние?! Если бы ТЫ в лодке не приплыл...
- Если бы, да кабы! Отвянь! Чего теперь виноватых искать? Давай не будем? Утром нас выпустят, и я - сразу к кузнецу. И надеюсь, на этот раз мне никто не даст по голове в темном переулке.
Ян наконец-то замолчал, видимо стыдно стало за свое поведение.
- Дед мне сказал, что меня ищет кто-то. - сказал я после долгого молчания и сразу дальше пояснил, пока Ян не ляпнул, про то, мол, ясное дело ищут, не чего было в драку со Здобом лезть. - Друг. Вроде как, я с ним встречусь. Сокоро.
- Где? На горе Дида?
- Нет. Не знаю. Этого он не увидел. Но про гору он тоже говорил - что я там побываю. Попросил земли с нее принести. Там земля что, особенная какая-то?
- Так говорят. Это курган, в котором Дид похоронен.
- Кем он был?
- Первым князем... нет не так... он был тем, кто народ Полян привел на эту землю. Точнее тогда они как-то иначе назывались, я забыл как. Полянами - это они уже тут стали, когда земли обжили - тут полей много, поэтому. А курган "Поклонной горой" называют, потому как туда паломники ходят, великому предку поклониться.
- Теперь понятно. А там тоже город какой или как? Где там Авикода живет?
- Я точно не знаю. Вроде бы нет. Монастырь там, что ли был... есть. Это лучше у проиков спрашивать.
Мы еще помолчали.
- Ты прости меня за... это, ну за то, что я... того... - начал извиняться Ян.
- Уже простил. - без обиды сказал я. - Иначе не стал бы весь этот балаган с переодеваниями устраивать. О! Слушай, так кто ж такие эти левелаты? - я обрадовался, что наконец-то могу позадавать свои вопросы.
- Они служители понтиата - посредники между церковью и князьями.
- Это как? - радость моя тут же погасла - мне его слова ничего не объяснили.
Ян почесал лоб.
- С тобой так сложно, Ярек! Как же объяснить-то? Ну, они следят за равновесием власти, за тем, чтобы ни те, ни другие на перетягивали на себя управление народом.
- Так, а понтиат это тогда что? Церковный совет?
- Да нет же... пфф... - Ян видно сам во всем это разбирался с трудом. - Это что-то вроде общины левелатной, во главе которой Понтиат.
- Так Понтиат - это имя? Человек?
- Да, человек и также всю их общину называют. Вроде так...
- Выходит, Федя какой-то властью наделен?
- Какой-то да. Но ты у меня не спрашивай какой. Я сам первый раз в жизни живого левелата видел. И, если бы он сам нам не представился, я бы никогда не подумал, что этот полуголый страшила из таковских будет.
Я задал Яну еще много вопросов: и про князей, и про церковь спрашивал, и про Оду, и про порядки городские, и что такое советные, и кем работает Тарпен. Пока мы болтали наступил вечер. Нам принесли еду. Не яства Гаврилы, конечно, но совсем недурно: сытная каша со свежим хлебом и по яблоку с орехами. После еды я, незаметно для себя, уснул. И Ян, похоже тоже, потому как, больше никто не доставал меня укорами и нытьем.
- Эй, ребзя, выходь-те! Да вас прыйшлы. - разбудил нас голос стража.
"Кого там Ур принес?" - забеспокоился я, пытаясь понять утро уже или еще ночь.
Охранник проводил нас в небольшую комнатку, где возле окна на стуле сидел Харита.
- Проводите господина Янигура к десятнику. - попросил он стража. - А мы с... - он запнулся на моем имени, - Чуть позже подойдем.
Полусонного Яна увели, куда велено, а я остался, не представляя, что меня ждет. Потому как, кого-кого, а Хариту я ожидал увидеть тут меньше всего.
Комментариев нет:
Отправить комментарий